Вик идет к выходу, идя в тяжелых ботинках по ступенькам, а я следую за ним. Без лишних вопросов сажусь на его мотоцикл.

Я пытаюсь делать вид, что не наслаждаюсь происходящим.

Но я не могу.

Я просто, блять, в восторге от того, что происходило.

Когда мы возвращаемся в дом, обнаруживаем там отца Виктора.

Но его не должно быть здесь.

Вик стискивает зубы, слезая с байка, и оборачивается, чтобы взглянуть на меня.

— Подожди здесь минутку.

Он исчезает за входной дверью, и Хаэль паркует тачку рядом.

— Вот черт, старик внутри? — спрашивает он, вылезая из машины, и задирает свою красную майку, чтобы смахнуть пот с лица. Пока он это делает, моим глазам представляется миленький первоклассный вид на его кубики. Черт, а он в хорошей форме. Хаэль почти сразу замечает, что я пялюсь на него, и улыбается своей озорной улыбкой, на которую я отвечаю пустым взглядом. Плевать я хотела, если он поймал меня за подглядыванием. Это одна из причин, по которой я здесь. Чтобы парни вернули то, что изначально предназначалось мне.

Изнутри раздаются крики. Явно больше, чем двух человек.

— Дерьмо, — Хаэль срывается с места к входной двери, Каллум и Аарон тут же за ним, оставляя меня с Оскаром на заднем дворе.

— Что происходит? — спрашиваю я, и он делает шаг ко мне, глядя куда-то за спину. Смотрю туда же и вижу то, что мне совсем не нравится. А именно группу мужчин, приближающихся к нам.

Мои инстинкты разом активируются, желание влезть в драку загорается само собой, словно нежданная лихорадка. Я уже как-то сказала, что хоть они немного сбиты, но все же иногда помогают.

— Проблемы, — Оскар кладет айпад в багажник Хаэля и аккуратно расстегивает свой пиджак, откладывая его в сторону. Его красиво татуированные пальцы скользят под футболку, и он выуживает пистолет. Револьвер, если судить по виду.

И наставляет пистолет прямо на подходящих мужчин, даже не моргнув.

— «Тебе следовало дать заднюю, когда тебе предоставился шанс, и отправиться жить к бабушке».

Слова Аарона резко всплывают в голове, и я делаю глубокий вдох.

Вот чему меня научили Хавок: насилие и беспорядки. Они же банда, и не имеет значения, насколько прекрасными, пугающими или красивыми они могут быть. Как и то, что они значили для меня в детстве.

Ничего из этого сейчас не имеет для меня значение. По крайней мере, пока у меня не появится возможность отомстить и спасти свою сестру. Остальное неважно.

— Это территория Хавок, — голос Оскара звучит плавно и супер-круто, почти по-деловому. — Что вам нужно?

— Кто ты, блять, такой? Какой-то ушлепок с папочкиным оружием? — мужчина, стоящий по центру, подает голос. Его седая борода отражает силу, таящуюся в его толстых предплечьях. Пистолеты превращаются в детские игрушки, когда ты понимаешь, что куда больше стоит опасаться физической силы.

Оскар улыбается.

— Не совсем, — он снимает курок.

— Маленький панк, — рычит мужик, и группа медленно приближается к нам. Мое сердце колотится, как ненормальное, и пот уже наверняка стекает по лицу. Любая женщина знает, что компания мужчин обычно не сулит ничего хорошего.

Здесь только я и Оскар. Двое против шестерых. И бог знает, сколько еще их людей находятся в доме.

— Еще один шаг, и я выстрелю тебе в ногу в качестве первого предупреждения. Но только потому, что я добрый парень.

Мужчины не замедляются. А Оскар не похож на того, кто стал бы повторять дважды.

Он спускает курок и выстреливает их лидеру в бедро, устремившись к нему. Ночь окрашивается в кровавые краски. В течение нескольких секунд он наконец понимает, что произошло, и валится на землю, завывая от боли. И вот, Оскар уже плотно прижимает пистолет к его виску.

— Я сказал тебе не двигаться, и ты не стал слушать, — его голос окутывает меня темным пламенем, подначивая. Конечно, это все немного утрировано, но сам факт того, что один лишь голос этого парня заставляет меня так поэтично мыслить, приводит в восторг. — Сделаешь так еще раз, и мне придется сделать что-то, что не понравится нам обоим.

— Яиц не хватит, — влезает еще один мужчина из-за его спины, и глаза Оскара тут же смещаются на него.

— Ты думаешь?

Тишина затянулась, ветер скачет по грязным улицам. В таком месте, как это, никто не станет звонить копам из-за стрельбы. Лучше позволить чему-то плохому случиться с другим человеком, чем стать крысой и навлечь на себя и свою семью неприятности похуже.

— Эти детишки сумасшедшие, я же говорил тебе, — говорит один из них, помогая подняться своему орущему истекающему кровью напарнику. Несколько мужчин подоспели на помощь, пока Оскар стоит на месте с пистолетом на готове.