— Ты в порядке? — спросил Аарон, но я лишь повернулась и позволила ему заключить меня в свои объятия.

— В порядке, — ответила я, потираясь носом о то особое место между его шеей и плечом, чувствуя, как его тепло пронзало меня. — Но буду гораздо лучше, когда мы надерем задницу Мейсону Миллеру.

Он пропускал мои волосы сквозь свои пальцы, прижался поцелуем к моему лбу, а затем повел через кампус того, что скоро станет нашей новой школой.

Из старшей школы Прескотт в подготовительную академию Оак-Вэлли.

День и ночь.

В худшем случае, это будет интересный социальный эксперимент. В лучшем — это начало целой новой, гребанной жизни.

Для всех нас.

Для нашей маленькой, извращенной семьи Хавок.

* * *

Том Мюллер — тот самый захудалый продавец, который набросился на меня во время той самой первой встречи за завтраком с Офелией. Это был тот же день, когда Виктор практически довел меня до оргазма под столом, а затем последовал за мной в ванную наверху, чтобы закончить работу.

Еще Том Мюллер был ублюдком, который выстрелил Аарону в пах и угрожать продать его извращенцам, о, и все это после того, как он приставил ружье к голове сына, сына, над которым сам издевался или разрешал издеваться над ним своим извращенным друзьям. Возможно, даже брал деньги за такую привилегию.

Я уже хмурилась, но Аарона трясло от ярости. Первое, что он сделал, это незаметно подкрался к Тому сзади, словно тень, и ударил ладонью по поверхности столешницы, где этот ублюдок потягивал, судя по всему, свой третий напиток за вечер. Том вздрогнул, его темные глаза метнулись к Аарону, прежде чем переместиться на остальных.

— Привет, гандон, — прошипел Аарон, пальцами другой руки обвив шею Тома сзади.

Он выглядел чертовски на пределе, чтобы ударить старика головой насколько возможно сильно, только чтобы посмотреть мог ли он пробить его череп.

— У меня есть защита, — сглотнул Том, указывая пивом и вылив добрую порцию его на розовую ламинированную поверхность.

Мы находились внутри «У Уэсли», в нашем обычном кинотеатре под открытым небом, тот, что находился через дорогу от кинотеатра старшей школы Фуллер. В 9 классе мои мальчики — до того, как они стали парнями Хавок — приходили сюда, чтобы бросать коктейли Молотова на задние сидения машин футбольной команды Фуллера.

Оууу, ностальгия.

Жалко, что ничто из этого не поможет Тому.

— В чем суть? — добавил Виктор, проскользнув по другую сторону от Тома. — Думаешь, нам есть дело? Что мы не можем убить тебя и обставить это, как случайность?

— Кроме того, — добавил Аарон, смешивая свой голос с голосом Виктора, от чего он получился слишком естественным, чтобы быть поддельным. Они могут во многом не соглашаться и могут немного ругаться из-за меня, но вне зависимости от всего они любили друг друга. Они были семьей. Они всегда должны были стать семьей. — Это не защита, тупица. Они, блять, следят за тобой.

Аарон достаточно грубо отпустил Тома, что мудак разлил свой напиток на колени. Аарон сел справа от Тома, а Виктор занял табурет слева.

Позади меня Хаэль, Оскар и Каллум сели за столик, и я присоединилась к ним, сев по самую близкую к Тому сторону, чтобы могла все видеть и слышать. Мои глаза просканировали помещение, но сейчас не было кучи народу. Те немногие посетители, которые все еще толпились вокруг, — это либо хорошо натренированные дети из школы Прескотт, которые знали, что лучше нас не беспокоить, либо — члены команды.

— Помнишь, как я сказал тебе, что ты помрешь, захлебываясь собственной кровью? — обыденно спросил Аарон, заказав клубничный молочный коктейль и умудряясь выглядеть полным придурком, когда засунул металлическую трубочку между губами. — Ты вот настолько близок, чтобы познать эту судьбу.

— Чего вы хотите от меня? — огрызнулся Том, выглядя, как побитый уличный пес с оскаленными зубами.

Он думал, что одержал верх, когда Аарон был связан в его хижине. А теперь? Даже Офелия предала его задницу.

— Спорим на двадцать баксов, что он попросит наличные авансом? — пробормотал Хаэль, попивая ванильный молочный коктейль и наблюдая за действием через край своей металлической крышки. Одним локтем Кэл опирался на поверхность стола, голова лежала на оставшейся части руки, пока он закусывал картошкой фри. Тем временем Оскар сидел в своем iPad, делая вид, что он не часть этой беседы, когда, в действительности, именно он сказал Аарону и Вику, что говорить в первую очередь. — Прямо сейчас. Сегодня. Готов поспорить, он еще прямо так и скажет.