— Господи, — пробормотал он, убирая каштановые волосы назад со своего лба с явно раздражительностью. Ему, вероятно, не помешало бы постричься. Не уверена, что я ему позволю. Мне вроде бы как нравились его длинные волосы. — С чем бы им быть скрытными? Мы знаем, что они следуют за нами. Они знают, что мы знаем, — пожал он большими плечами. — В любом случае, Берни, — Аарон обратил свой пронзительный взгляд на меня, цвета его радужки завораживали, и моя художественная сторона умирала от желания воссоздать их с помощью кисти или цветного карандаша. Вот только, моим талантом была поэзия, не так ли?

Весна и лето, извилистый прилив, взгляд, состоящий из зеленой травы и солнечных лучей, падающих на ее травинки.

Ах. Возможно, мне не стоило бросать свою работу в качестве жены гангстера? Или…жены гангстеров? От постановки апострофа так меняется смысл, не так ли?

— Да, Аарон? — спросила я, его глаза снова прошлись по моему телу, скользнув по грудям таким образом, что я немного поерзала от его интенсивности.

— Не возражаешь, если я присоединюсь?

— Ооооо, — завыл Хаэль, откидывая голову назад, пока смеялся. Сигарета выпала из его рта, и он выругался, когда опустил подбородок и смел рукой все еще горящие угли на его рубашке. — Хочешь присоединиться к нам, не так ли, любовничек? — Хаэль продолжал встряхивать свою футболку, пока смеялся над Аароном. — Слышал, ты и Вик показали себя как профессиональные рестлеры в командной игре: все эти фальшивые драки, вся эта ненужная драма, но чертовски хорошие актеры, когда пришло время.

— Я имел ввиду в поездку, ты гребанныймудак, — хмыкнул Аарон в ответ, открывая коробку с розовыми пончиками на столе.

— Все еще не можешь правильно материться, — присвистнул Хаэль, качая головой. — Мудак? Ты англичан или что? Скажи «головка от хуя». Подонок. Что-то другое, — он свернул американской, белозубой ухмылкой в мою сторону, а потом переместил свое внимание на Каллума. — Но хорошо, ты не хочешь втроем со мной. Что скажешь, дружище? Тройничок?

Кэл мрачно посмеялся, присев на столе, несмотря на издающиеся из него скрипы. Он взял пончик из коробки и поднес его к своему прекрасному рту.

— Я снизу, — сказал он, переместив внимание на Оскара. Я оценила его за невозмутимость, когда он поднял свой серый взгляд на голубой взгляд Кэла, как будто он не думает о сексе втроем. Как он может? Со всеми нами в согласии о текущем статусе наших отношений, что открывало чертовски много возможностей. Разные комбинации. Интересно, думал ли кто-то из парней про том, чтобы коснуться другого члена Хавок? — Что насчет тебя, О?

Оскар лишь уставился на Каллума в ответ, а потом переместил свой взгляд на меня, а затем опустил его обратно на экран своего iPad. Я приняла его внезапное, отчаянное молчание за да.

— Господи, — пробормотал Вик, закатывая глаза, когда тоже взял пончик. — Кучка извращенцев. Если вы собираетесь выйти, то сделайте это сейчас. Мы не можем опоздать на похороны, — Виктор одарил меня взглядом, который говорил, что он понимал, как важны для школы Прескотт были Стейси и ее наследие.

Это было бы расценено невероятно грубо и совсем анти-Прескоттно, если бы он не почтил память альфа-самке из Юга.

— Погнали, Блэкберд, — сказал Хаэль, хватая со стола ключи от Эльдорадо. Он даже добавил на удачу розовую кроличью лапку к этой чертовщине. — Надень свои кожаные штаны, и встретимся на улице.

— Заметано, — сказала я, выхватывая пончик, когда Аарон потянулся и схватил меня за запястье.

— Я бы сделал это, — сказал он, пока Хаэль выглядывал из-за его спины и еще немного посмеялся. Это не остановило Аарона от того, чтобы произнести, что он хотел сказать. Такой вот он: если он чувствует что-то по поводу чего-то, то не отпустит это. — Занялся бы сексом втроем…или чем-угодно еще раз с тобой. Чем-угодно. Учитывая то, как мы к тебе относились, это меньшее, что ты заслуживаешь.

Аарон отпустил мою руку и ушел, пока Хэль заливался смехом, а Каллум хихикал. Он пронесся мимо них, бросая им знаки внимания через плечо, прежде чем выскользнуть на улицу и захлопнуть за собой дверь.

— А ты? — спросила я Оскара, потому уже знала, что сказал бы Вик. Скорее всего, он бы сделал это, но он не очень-то и любил делиться мной. И он мне нравился таким, мне нормально. — Пока ты отвечаешь на сложные вопросы: когда я смогу начать называть тебя О? Это мило, мне нравится.

— Мм, давай начнем с ответа на второй: никогда. Для тебя должно быть «мистер Монток», — моя очередь фыркнуть, но, по крайней мере, я получила от него натянутую улыбку, а потом он покачал головой и поправил очки наверх. — Посмотрим насчет первого.