Она лежит подо мной полностью обнаженной, открытой, и ее тело блестит в свете еле теплящегося огня.

– Ты гребаное совершенство, – рычу я, не в силах подавить резкие нотки в своем голосе. Не могу, когда ее грудь выглядит так, словно умоляет прикоснуться к ней, а ее темные соски стоят торчком и жаждут внимания. Не могу, когда Аурен лежит, распростершись подо мной подобно трапезе, и выглядит прекраснее, чем в каждой из моих фантазий.

Я наклоняюсь, чтобы поднять перо из сломанного матраца, и провожу им по ложбинке ее груди. Ее тело снова покрывается мурашками.

– Если бы я был художником, то именно так бы тебя и изобразил.

Аурен смеется, и этот звук – услада для моего слуха. Не могу удержаться и приникаю к ее губам, чтобы его поглотить. Она стонет мне в рот, когда мы соприкасаемся языками, а я тем временем опускаю руку между ее бедер и обнаруживаю, что меня там ждет.

Жар.

Восхитительный, греховный, влажный жар. У меня вырывается очередной стон, и в штанах становится еще теснее. Аурен станет моей погибелью. Но кто посмеет жаловаться, когда перед ним откроется такой вид?

– Ты уже намокла, – говорю я напротив ее губ, а потом спускаюсь поцелуями вдоль горла. Я хочу ее взять. Жестко, медленно, быстро, лежа, у стены – плевать я хотел как. Я просто хочу сделать ее своей.

У нее вырывается низкий гортанный стон.

– Слейд, пожалуйста.

– Что «пожалуйста»?

Ее веки с трепетом закрываются.

– Ты хочешь, чтобы я произнесла это вслух?

Я ухмыляюсь.

– О да.

– Не будь такой сволочью.

Я пожимаю плечами.

– Я хочу, чтобы ты изнывала от желания. Хочу слышать твои чудные стоны. Но еще хочу услышать, как этот прелестный рот прошепчет порочные слова, которые я жажду услышать.

– Ты ужасно требователен.

– Я предупреждал.

Аурен задумчиво хмыкает, а потом удивляет меня до глубины души, внезапно подняв одну из лент к моим брюкам. Но не расстегивает пуговицу. Нет, Аурен приказывает ленте стать острой как бритва и отрезает пуговицу прочь. Затем без колебаний с меня стягивают брюки, и мой твердый член выскакивает из ткани.

Похоже, требовательный не только я.

У Аурен как будто перехватывает дыхание, когда она меня оглядывает. Она садится, чтобы осмотреть получше, и, покусывая губу, тянется вперед. Смотря на меня из-под ресниц с очаровательной опаской, Аурен обхватывает меня пальцами.

– Черт. – Я запрокидываю голову и издаю громкий стон. Ее прикосновение напоминает плен в самом сладостном капкане.

Сначала она касается легонько и робко, а потом будто набирается смелости и начинает ласкать мой член, сжав кулачок.

– Такой большой, что я почти не могу сомкнуть вокруг него пальцы, – с придыханием говорит Аурен, смотря на мой член. При иных обстоятельствах я бы позволил ей трогать меня, сколько душе угодно, но не сейчас. Я слишком тороплюсь, слишком сильно ее желаю.

Без предупреждения я сжимаю ее запястье, а потом толкаю на накрененную кровать. У Аурен вырывается удивленный возглас, когда я закидываю ее руки за голову.

Она изумленно смотрит на меня золотистыми глазами.

– Эй! Я не закончила тебя трогать.

Я улыбаюсь ее нахальству.

– Закончила. – Наклоняюсь и касаюсь губами ее шеи, желая быть в другом обличии, чтобы царапать клыками ее чувствительную кожу. – Ну же, Аурен. Хочу услышать, как сильно ты жаждешь ощутить мой член в своем теле.

Ее аура вспыхивает жаром. Это вызов, и мы об знаем. Последний шанс отступить.

– Великие боги, ну и выражения вылетают из твоего рта! – строго выговаривает Аурен.

Я хищно улыбаюсь.

– Тебе очень понравится этот рот, когда я буду лизать твой клитор до тех пор, пока ты не закричишь от удовольствия.

Она смотрит на меня вытаращенными глазами, задыхаясь.

– Я хочу тебя почувствовать.

– Хочешь почувствовать меня где? – уговариваю я Аурен, прижимаясь к ней членом и чувствуя, как его покрывает ее влага, а по ее телу пробегает дрожь. Аурен пытается вырвать руку из моей хватки, но я крепко ее удерживаю, снова вжавшись в нее бедрами. Ее лицо являет собой идеальную картину сексуального разочарования. – Я дам тебе все, что захочешь, как только ты произнесешь это вслух. Уточни.

– Ладно, – сделав вид, что разозлилась, хрипло фыркает она, но меня так легко не одурачишь. Аурен выдает ее аура, как и румянец и быстро бьющаяся венка на шее. Ей нравится, когда ее дразнят. А мои непристойные разговорчики еще сильнее. – Я хочу почувствовать тебя в своем теле. Хочу, чтобы трахнул меня как можно сильнее, хочу, чтобы ты вонзился членом в…

Она не успевает закончить, поскольку я приподнимаю бедра и вхожу в нее одним резким толчком.

– О, богиня… – кричит Аурен, выгнув спину и запрокинув голову, а у меня все расплывается перед глазами, потому что ощущать ее чертовски великолепно.