Не знаю, как ему удается так на меня воздействовать, но каждое его указание, сказанное этим хриплым голосом, усиливает влечение, которое меня и без того уже переполняет. Я переступаю через платье и медленно поворачиваюсь к Слейду лицом, стоя в одних перчатках, чулках, белье и сапогах.

Увидев, что мои длинные волосы свисают на грудь, полностью ее закрывая, он приподнимает в улыбке губы.

– Шалунья.

– Я всего лишь исполняю указания, – озорно улыбаясь, говорю я.

Наше внимание привлекает движение на полу, и мы видим, как мои ленты пытаются подползти к Слейду.

– А вот они, с другой стороны, довольно дерзкие, – говорит он и кажется чрезвычайно этим довольным.

Я подтягиваю ленты к себе.

– Они просто пытаются подобраться ближе к огню.

– Лгунишка. – Ухмыльнувшись, Слейд наклоняет голову. – Иди сюда.

Я прищуриваюсь.

– Слейд.

– Обещаю, я не дотронусь до твоей кожи. Поставь сюда ногу, – говорит Слейд, раздвинув бедра и похлопав между ними по стулу.

Я с трудом глотаю образовавшийся в горле ком, когда замечаю в его брюках очень явную выпуклость. Подойдя вперед, осторожно поднимаю ногу и ставлю ее на край стула между крепких бедер.

Слейд медленно ведет взглядом вверх по моей ноге. Хмыкает, и от этого звука между бедер становится жарко.

– Ты самая потрясающая женщина, которую я видел.

От его комплимента грудь наполняется трепетом. Я не свожу с его лица взгляда, пока он неспешно осматривает мои формы, словно вовсе не торопится увидеть меня полностью. Мне вдруг дико хочется протянуть руки и зарыться ими в его волосах, потому я завожу их за спину, запутываясь пальцами в лентах.

Когда я ставлю ногу на стул, Слейду открывается идеальный вид на… ну, все. Я задерживаю дыхание от того, насколько интимным это кажется, а Слейд смотрит на меня с блеском в глазах.

Мы так невообразимо близки, и хотя на мне кружевное белье, а волосы прикрывают грудь, я все равно чувствую себя совершенно голой. Моя кожа блестит в свете камина, как и плотная ткань чулок.

– Не двигайся, – говорит мне Слейд, а потом опускает руку на шнуровку на моих сапогах.

Я с замиранием сердца смотрю, как он развязывает узел ловкими пальцами, а потом начинает кропотливо ослаблять тесемки. Распустив их, Слейд постукивает по моему сапогу, и я меняю ноги, поставив на стул правую. Он проделывает то же самое и смотрит на меня.

– Готово, – тихо говорит Слейд.

Поставив ногу на пол, я отхожу и снимаю сапоги, а потом делаю назад еще несколько шагов, отходя от Слейда на безопасное расстояние, пока мы не накинулись друг на друга.

– Сядь на мою кровать.

Я качаю головой.

– Я ее позолочу.

– Плевать, – грубо говорит он.

– А мне нет. Слуги увидят.

– Сюда никому нельзя заходить.

Оглядев беспорядок, я ухмыляюсь.

– Возможно, стоило бы.

Слейд кривит губы.

– На кровать, Аурен.

Великие боги, как он произносит эти слова. Хищным, нетерпеливым, властным тоном. Словно он ждал меня все это время и готов схлестнуться. И мое порочное желание стремится к этому, хочет узнать, насколько жадным я могу его сделать.

– Хм, думаю, я останусь здесь, – подначиваю его я. В голосе моем звучат небрежные нотки, но я с трудом сдерживаю улыбку.

Я стараюсь держаться поближе к стене, прислонившись к ней только затылком, потому что прикрывающие кожу головы волосы позолотить ничего не смогут. А потом с отвагой, о которой я даже не подозревала, играючи провожу пальцами по ключице, медленно опускаю их в ложбинку груди.

У Слейда вырывается хриплый, низкий рык.

Он поднимает руку и проводит большим пальцем по пухлой нижней губе, а я внимательно за ним наблюдаю, гадая, каково было бы, если бы он так касался моей губы.

– Ниже.

От грубоватого приказа я сжимаю ноги, пытаясь удовлетворить внезапно возникшую потребность в прикосновении.

Не сводя взгляда со Слейда, медленно вожу пальцами по груди, неторопливо выписываю на ней непонятные знаки. Опускаюсь ниже, и волосы легонько колышутся в провоцирующей попытке раздразнить его, но притом ничего не показав.

– Ниже, – снова говорит он, и соски становятся твердыми.

Я веду пальцами по животу, обвожу пупок, а потом останавливаюсь над кромкой белья. Слейд откидывается на спинку стула и легонько ерзает, пытаясь умоститься. Не знаю, что в этом движении такого, но между ног разгорается пожар.

– Ты даже не подозреваешь, что со мной вытворяешь.

Украдкой смотрю на выпуклость между его ног, которая как будто увеличилась в размерах.

– Думаю, я догадываюсь.

Он снова проводит пальцем по нижней губе.

– Ты так чудесно выглядишь у этой стены, но будешь смотреться еще шикарнее, когда я прижму тебя к ней и трахну.

– Великая богиня, – шепчу я, меня охватывает необычное волнение.

– Уже почти стемнело.