Слейд сказал, что я не монстр. Сказал, что этот зверь – моя фейская сущность. Я мало что знаю о том, как быть фейри, и уж совершенно ничего не знаю о зверях, но в одном уверена.

Зверя можно приручить.

– Вот оно, – слышу я свой голос, и тимбервинг наклоняет голову. У моего фейри нет никаких проблем с управлением силой, потому что это во мне заложено природой. Проблема заключается в том, что я всегда боролась или прятала магию и свою фейскую сущность. Я не принимала ее. Не принимала себя.

Возможно, я всегда обладала способностью управлять золотом, взывать к нему даже после заката. Возможно, раньше я просто никогда не находила в себе сил все это озвучить.

Но теперь у меня есть голос.

Снова посмотрев вниз, я прижимаю руку к камню, и меня пробирает холод.

– Это моя сила, – говорю себе под нос. – Она не исчезла. Не испорчена. Все просто изменилось. Я изменилась.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Выкидываю из головы все остальные мысли, полностью сосредоточившись на поиске той своей стороны, что горела и царапалась, кипела и вспыхивала. Я прижимаю руку еще сильнее и понимаю, что, возможно, у меня получится осуществить задуманное не сразу, но я хотя бы уже на шаг ближе к цели.

Просто жду.

Как хищник, притаившийся в тени моей души, он нетерпелив и насторожен. Пылающие глаза устремлены на меня, крылья из горящего золота прижаты к телу, напоминая языки пламени. Зверь смотрит на меня, а я – на него, и в какой-то момент кажется, будто иду по туннелю.

Я чувствую, как кривятся мои губы, как меня переполняет облегчение. Потому этого зверя – фейри – не стоит бояться. Это я. И так было всегда. Теперь я это чувствую.

А моя сила не иссякла, и я способна ее контролировать. Она здесь, как вечное позолоченное пламя, горящее в центре моей души. Я чувствую свою магию так же, как чувствую биение сердца. Она струится по моих венам, бурлит под кожей. Мне лишь нужно протянуть руку и взять ее под свой контроль.

Когда я снова открываю глаза, меня охватывает чувство спокойствия, потому что на этот раз я знаю, что делать. Это инстинкт.

Я разжигаю пламя в крыльях зверя, и золото стекает по мне. Я не тяну время и не паникую, не форсирую события и не загоняю себя в угол сомнениями, а просто взываю к силе своим найденным голосом, и она откликается.

Теперь улыбаюсь еще радостнее, почувствовав под кожей знакомое тепло. Спустя секунду ладонь становится влажной. Когда из моей руки вытекает золото и оно начинает покрывать пол, сливаясь с застывшей лужей, я вскрикиваю.

Я смотрю на тимбервинга с торжествующей улыбкой.

– У меня получилось!

Зверь смотрит в мою сторону. Его все это нисколько не восхитило, но меня такая ерунда не расстраивает, потому как я возбуждена тем, что мне наконец удалось воспользоваться своей силой, находясь в сознании и контролируя ситуацию.

Я торжествующе стаскиваю вторую перчатку, прижимаю ладони к чулкам, рубашке, носкам и ботинкам, ликуя, что впервые в жизни могу чествовать свою магию.

Когда я золочу перчатки, сзади раздается хлопок, и я с удивлением оборачиваюсь. Слейд стоит, прислонившись к стене пещеры, и выглядит оскорбительно сексуальным. Никому не под силу выглядеть настолько хорошо на восходе солнца, не прикладывая притом каких-то особых усилий.

Но я очень рада, что ему удается.

На нем сапоги без шнуровки, брюки с низкой посадкой и мятая рубашка с закатанными рукавами. На нем даже нет пальто, будто Слейд выскочил из дома, забыв его надеть.

Он перестает хлопать и просовывает руки в карманы, а от его улыбки и блеска в глазах внутри появляется какой-то трепет.

– Молодчина, Золотая пташка. Я знал, что у тебя получится.

Аурен

– Попробуй втянуть ее внутрь, – говорит мне Слейд.

Он опирается спиной на стену в пещере – стену, которая теперь позолочена широкими волнами, подражая окружающим нас прожилкам света.

Арго, тимбервинг Слейда, тоже здесь, как и последние четыре дня. Он вообще не приближается ко мне и не рычит, а просто пристально наблюдает за мной и моим золотом – или делает вид, что ему совершенно наскучило мое присутствие.

Сидя в задней части пещеры перед скальным образованием, я сосредоточенно хмурюсь, а мое золото стекает по темному камню, как капли краски. Я пытаюсь втянуть его в руку, которой опираюсь на заостренный кончик, но вопреки всем моим усилиям золото все равно из меня вытекает.

– Не могу, – с досадой говорю я Слейду, сжимая и разжимая над камнем пальцы, с которых капает вязкое золото.

У меня дрожит рука, да и за последние несколько часов тело устало от попыток удержать контроль. Пару дней назад, когда Слейд пошел за мной и увидел, как я наконец-то достигла успехов с магией, я притаскивала его сюда, и он помогал мне упражняться от рассвета до заката.