– Нет! – рявкнул Ксейден. – Не ты.

Его рука на моей спине напряглась, и в этот миг тени окутали Варриша и поволокли по полу. Глаза майора раскрылись от ужаса, когда черные полосы бросили его на стул, а потом стянули запястья и ноги вместо ремней.

– Эта честь принадлежит Вайолет, если она захочет….

– Захочет, – ответила я тут же.

Ксейден опустил руку, обхватив меня за талию и осторожно оценивая мою реакцию на прикосновения.

«Даже не знаю, где могу к тебе притронуться…»

– Ничего, – успокоила я его, сжав кинжал из темного сплава в правой руке, в то время как левая безжизненно висела вдоль туловища.

Даин отступил, опуская меч, Ксейден помог мне сдвинуться с места, и я зашаркала по засохшим лужицам моей собственной крови на каменном полу. Глаза Варриша дерзко прищурились, несмотря на его бледность. Ксейден поддерживал меня, когда я поднесла к груди мучителя кинжал – пусть он дрожал в слабой руке – и остановила кончик над сердцем, прямо между ребер.

– Я обещала, что ты умрешь в этой камере, – прошептала я, но слишком сильно тряслась, чтобы сразу вогнать клинок. Сейчас мне требовались все силы, только чтобы устоять на месте.

Рука Ксейдена взяла мою и толкнула вперед, вонзив лезвие в сердце Варришу. И я запомнила выражение на лице мерзавца, пока его покидала жизнь, на будущее. Чтобы убеждать себя, когда неизбежно придут кошмары: он действительно умер. Я его убила.

Я смотрела, и смотрела, и смотрела, и на меня наваливался груз всего, что произошло, грозя лишить дыхания. Горло свело, глаза горели от жгучих слез, а мысли ушли в пике. Я только что убила вице-коменданта квадранта.

И какого хрена мне теперь делать? Вернуться на занятия? А Ксейден… Ксейден рискнул всем, прилетев сюда за мной.

– Дай нам секунду и пока не убивай Аэтоса, – приказал Ксейден Гаррику, и я услышала, как мы остались в камере одни, после чего он осторожно повернул меня к себе, прочь от тела Варриша. – Ты жива. Неважно, что здесь случилось, что было сказано, – ты жива, важно только это.

– Я не сломалась, – прошептала я. – Даин… Он все увидел перед тем, как напасть на Варриша, но я не сломалась, честное слово.

Я покачала головой, и перед глазами все расплылось, а потом очистилось, когда слезы побежали из глаз.

– Я тебе верю. – Он положил ладонь мне на затылок, жадно оглядел своими прекрасными глазами. – Но для меня это все равно неважно. Мы уходим. Я забираю тебя отсюда на хер.

Я моргнула.

– Мы не можем уйти. Они последуют за нами, а Бреннан не готов. – У меня задрожали губы. – Ты лишишься доступа к вооружению Басгиата…

– Да мне насрать. Что-нибудь придумаем, когда выберемся.

– Ты потеряешь все, над чем трудился. – У меня надломился голос. – Из-за меня.

– Значит, у меня будет все, что мне нужно. – Он опустил лицо так, чтобы я видела, чувствовала лишь его. – Я с радостью буду смотреть, как Аретия снова горит дотла, лишь бы ты выжила.

– Ты это не всерьез.

Он любил свою родину. Он делал все, чтобы ее защитить.

– Всерьез. Прости, если ждешь от меня благородства. Я тебя предупреждал. Я не нежный, не милый или добрый, – и ты все равно влюбилась. Вот что ты получила, Вайолет. Меня. Все хорошее, плохое, непростительное. Все. Я твой.

Его рука обхватила меня за пояс, поддерживая, осторожно прижимая.

– Хочешь знать правду? Полную правду? Я люблю тебя. Я влюблен в тебя с головой. С той самой ночи, когда снег падал тебе на волосы, и ты поцеловала меня в первый раз. Я благодарен, что моя жизнь связана с твоей, ведь это значит, что мне не придется пережить ни дня без тебя в ней. Мое сердце бьется, только если бьется твое, а когда ты умрешь, я встречу Малека с тобой плечом к плечу. И ужасно повезло, что и ты любишь меня, потому что тебе никуда не деться от меня ни в этой жизни, ни в любой, что будет дальше.

Мои губы раскрылись. Это все, чего я хотела когда-либо, что мне нужно было услышать.

– Я люблю тебя, – шепотом призналась я.

– Рад, что ты не забыла. – Ксейден легко коснулся своими губами моих, стараясь не тревожить раны. – Выберемся отсюда вместе.

Я кивнула.

– Надо торопиться, – окликнул Гаррик.

– Расчищай лестницу! – распорядился Ксейден. – И скажи Боди найти антидот, который нужен ей и остальному ее отряду.

– Понял, – сказал Гаррик.

– Моему отряду?

Ксейден снова посмотрел на меня.

– Они в порядке, но находятся под стражей в допросной. Вчера они пытались тебя спасти. Ты сможешь идти?

– Не знаю, – честно ответила я. – Я уже со счета сбилась, что сломано, а что починил Нолон. Только знаю, что в левой руке трещина, еще как минимум в трех ребрах справа. И бедро как будто не там, где надо.