Я хотела, чтобы история сложилась, и мое прошлое и будущее слились воедино.

В любом случае все это в моей голове шло рука об руку с вопросом, того, которого я избежать не смогла.

Тот, который сможет пролить свет на ту отвратительную правду.

Человек, который практически вырастил меня, убил моих родителей из жадности. Он уничтожил мое будущее и предал, но ради чего?

Ради Клуба, который не значит ничего, потому что у тебя не друзей, которых ты любишь?

Моей родни больше не было. Моя кровная линия прервалась.

Я была последней Принс, последней, носившей это имя.

Но из всех ужасных откровений выделялось одно, которое было зачищено под ковер и заперто в глубине бесчисленных погребов.

Где Артур был той ночью?

Почему он не пришел, чтобы спасти меня?

Я так боялся того, что любовь сделает меня мягче. Что она утолит мою жажду мести и уведет меня с пути моего возмездия.

Но этого не случилось.

Любовь сделала меня еще решительнее.

Желание уничтожить сделавших это людей пульсировало во мне.

Я хотел отомстить не только за себя, но и за Клео.

Это будет моим подарком для нее.

Подарком, который положит конец нашему ужасному прошлому.

— Килл

***

— Хочешь знать мое заветное желание? — спросил Грассхоппер, когда мы выходили из закусочной.

Луна уже всходила, намекая на то, что солнцу пора исчезнуть. Она была похожа на огромный серебряный доллар, погружающий все в синеватое свечение.

Я обнимала себя руками, несмотря на тепло жилетки Артура, мне было холодно.

Артур закатил глаза.

— Зная твой больной мозг, я могу только представить.

Мо мягко рассмеялся.

— Я бы сказал, что ты мечтаешь о женщине, которая тебе отсасывала бы во время поездки. — Грассхоппер ударил его в руку и усмехнулся.

— Я бы не сказал такого дерьма, но мы не об этом сейчас. — Его ухмылка превратилась в улыбку, и он повернулся к нам.

— Я хочу этого, — сказал он, указывая на нас.

Между нами был целый метр — та пропасть, которую мы с Артуром еще не пересекли. В одночасье я хотела сразу двух вещей, чтобы он прикоснулся ко мне, и не хотела, чтобы он меня касался. Я хотела, чтобы он прошептал в мое ухо, что все получится, но и в тот же момент, я ничего не хотела от него.

Его отец убил моих родителей.

Мне нужно о многом подумать, прежде чем я усну сегодня.

— Хочешь чего? — спросил Артур и нахмурился.

— То, что есть у вас, ребята.

Артур засмеялся смехом с примесью боли и тоски.

— Ты хочешь обреченные отношения, в которых больше проблем, чем в любой мыльной опере?

Окей, а это больно. Нам действительно о многом стоит поговорить и многое переосмыслить, но мы не обречены. Так ведь?

Артур поймал мой взгляд, он смотрел внутрь меня. Его тело дернулось по направлению ко мне, даже сейчас нас тянуло друг к другу.

— Нет. — Хоппер улыбнулся своей широкой улыбкой.

— Я хочу то, что есть у вас — ту связь, которая не обрывается, несмотря на столько лет порознь. Я хочу честности и знать, что не один в мире.

Мои колени подкосились. Простые слова, но они поразили меня прямо в сердце, и мой гнев угас. Вся боль, все спутанные мысли и жалость, которые пульсировали во время ужина, стали угасать, пока не ушли совсем.

Жизнь слишком короткая, чтобы позволять прошлому влиять на будущее. Особенно на то будущее, которое у нас почти украли.

Артур выдохнул и сократил расстояние между нами. Я прильнула к нему, когда он обнял меня за плечи, притягивая ближе. Его губы прижались к моему лбу, и он нежно меня поцеловал.

— Прости, Клео, я не так хотел рассказать тебе.

Несмотря на то, что на нас пялились еще две пары глаз, я разомкнула руки и обняла его в ответ.

— Прости, что не смогла справиться с этим лучше. — Артур страдальчески простонал.

— Ты справляешься с этим лучше, чем я бы смог. Ужин все еще у тебя в желудке, ты не вызвала полицию, так что я могу сказать, что это успех.

Я нежно рассмеялась.

— Скорее всего.

— Видишь… вот о чем я говорю, — сказал Грассхоппер

Пытаясь удержать голову и не позволить моему желанию утащить меня, я спросила:

— У тебя есть кто-нибудь?

Хоппер ухмыльнулся:

— Ты смеешься? Единственные женщины, которые у меня были, это те, кто думают, что я крутой байкер, и охотницы за спонсором.

Мо выдохнул.

— Килл — офигенный президент, но выведя нас на правильную сторону закона, и очистив Клуб, он нае*бал нас.

— Какого черта? — проворчал Артур. Грассхоппер рассмеялся.