Используя аналог моего профиля с высшим уровнем допуска, она запустила «ищеек» на серверы и рабочие столы, которые связаны с сетью, одновременно блокируя следы своего поиска. Эти сетевые ловушки были хакерством низшего уровня, простым способом для мониторинга онлайн активности Кэси, и я был чертовски удивлен, когда спустя час она сказала мне, что кое-что нашла.
Она наклонилась вперед, и накрутила на палец одну из голубых косичек у себя на голове.
— Дженна Грир.
Я еще не встречался с Дженной, но уже знал, кем она была.
— Административный помощник Кэси.
Она указала на активный логин в компьютере.
— Ага, и она каждый день получает зашифрованные файлы и пересылает их Кэси.
Я запустил руку в волосы, неспособный отвести взгляд от двигающейся точки на планшете.
— Какие файлы?
— Не знаю. Они зашифрованы.
И ей нужен был личный ключ, чтобы открыть их. Приложение на планшете издало сигнал, и точка устремилась на север. Скорость Кэси достигала 288 километров в час. Мое сердце разогналось, когда я представил ее в серебристой коже, с косой, спускавшейся по ее спине, пока она рисковала своей гребанной безопасностью на такой скорости. Я хотел, чтоб она оседлала меня, наклонилась вперед и вздернула передо мной попкой или чтобы ее бедра обхватывали меня с такой силой, будто от этого зависела ее жизнь.
Бенни наклонилась через мое плечо:
— Сколько ни пялься на эту точку, а сиськи и задница на ней не появятся, — она постучала по своему подбородку. — Хотя я могла бы сменить модификацию для этого. Только подумай: GPS-навигатор с рентгеновским видением, сексуальной аватаркой голой женщины и голосом, который можно услышать лишь в спальне, — она откинула голову назад и воспроизвела смехотворно низкий стон: — Давай жестче, малыш. Да, прямо там. Давай жестче.
Я тяжело выдохнул и выключил планшет.
— Дженна отправляет Кэси зашифрованные файлы. И…?
Она закатила свои зеленые глаза и вернулась к ноутбуку.
— Я проверила активность на сервере. Единственные другие пользователи — Хэл Пинкертон и Трент Андерсон. Хэл бросает файлы. Дженна и Трент их забирают.
Кто, мать вашу, такой Хэл Пинкертон?
На протяжении следующих двух часов мы взламывали личные и общественные записи. Хэл был репортером в «Тренчент Медиа» под руководством Кэси. Он платил налоги на спортивный мотоцикл Hayabusa sportbike, а два месяца назад его отца выпустили из тюрьмы из-за юридической формальности.
Но самое интересное открытие: мы выследили его по ай-пи в подпольной гоночной сети. Подвиг, который Бенни смогла совершить благодаря тому, что создала платформу.
У Хэла Пинкертона был допуск к сети, которую ФБР хотела прикрыть, а «Тренчент Таймс» — раскрыть. Что меня смутило, так это то, что и Кэси, и Трент были зарегистрированы на одном и том же сервере. Они работали вместе? Или один выслеживал другого? Или это было простым совпадением?
Следующим вечером я гонял с толстым американцем, который называл себя Слиминатор. Перед, во время и после того, как я надрал ему зад, ее серебристый Дукатти мелькал на переднем плане моих мыслей.
Но когда я пересек финишную линию, я не искал ее. Мое внимание одержимо сосредоточилось на красной точке, мигающей на краю моего визора.
Она была в двадцати семи километрах от меня.
Я объехал город по кругу, чтобы сбросить хвосты, которые могли последовать за мной, что я и делал после каждой гонки.
Потом я последовал за ней.
Это было импульсивно и бесперспективно. В костюме Неуловимого я не мог задать ей вопросы, от которых все внутри меня гнило. И загадка вокруг нее и Хэла Пинкертона увеличила необходимость моей анонимности.
Последнее, что мне было нужно, это связь должности генерального директора «Тренчент Медиа» с Неуловимым.
Это не остановило меня от того, чтобы выжать газ и погнать за мигающей красной точкой. Я просто буду следовать за ней некоторое время, и, может, мне удастся уловить в поле зрения ее серебристый байк.
Я поймал ее на Роджерс Авеню. Ее задний габарит светил красным, словно маяк на фоне черного неба. Было за полночь, и минимум траффика заставляло меня оставаться позади. Когда она замедлилась на тихой улице, я подъехал к обочине под мостом и включил визор ночного видения. Она остановилась на красный свет через полкилометра впереди.
Наклон ее тела вперед, изгиб ее талии, мышцы ее задницы, обтянутые серебристой кожей, белокурая коса, спускавшаяся по линии позвоночника. Мои губы знали каждый изгиб этого позвоночника. Мои ладони покалывало от воспоминаний о ее попке.
Ее задыхающиеся звуки, медовый запах, и то, как она касалась языком своих зубов, когда улыбалась — я запомнил все это. Каждую очаровывающую деталь.
Но все это недоступно.
Недосягаемо.
Принадлежит другому мужчине. Мужу.