– Почему она здесь, Доменико? – Неро сделал шаг ближе, бесцеремонно вторгаясь в моё личное пространство, но я лишь молча смерил его ледяным взглядом. – На следующий день после того, как ты сбежал от Миреллы? И, прежде чем спросишь, – он выставил ладонь, предугадывая мой вопрос. – я не следил за тобой. Она сидела в баре грустная, и сама поделилась тем, что ты ушёл и что, видимо, это была ваша последняя встреча. Не знаю, что между вами произошло, но, – Неро многозначительно посмотрел на меня. – полагаю, она была права.

Я на мгновение задумался над его словами. Да, встреча с Миреллой заставила меня действовать быстрее. Но даже если бы этого не произошло, рано или поздно Настя всё равно оказалась бы здесь. Сицилия – мой дом, и, хотя я планировал расширить своё влияние на Нью-Йорк, я не собирался проводить там весь год, пока Настя была моей.

– Не твоё дело. – отрезал я, чувствуя, как в груди разгорается знакомый огонь раздражения.

Прошлую ночь я практически не сомкнул глаз. Образ Насти преследовали меня, не давая покоя. Она была как яд – сладкий и смертельный, проникающий в каждую клеточку моего тела, медленно отравляя разум. Или сводя с ума? Я не знал ответа, но чувствовал, что нахожусь на опасной грани.

Когда я увидел Настю чуть ранее в саду, то как будто вдохнул воздух после длительного пребывания под водой. В груди разлилось незнакомое, пугающее тепло. Не знаю, почему она так влияла на меня, но все мои планы держать её на дистанции, не поддаваясь этим странным, опасным эмоциям… которые я уже однажды позволил себе почувствовать и которые едва не стоили мне всего… рушились на глазах, как карточный домик.

Нет! Я резко покачал головой, отгоняя прочь эти мысли.

– Поехали, у нас мало времени. – бросил я, направляясь к своей AUDI. – Я хочу побыстрее разобраться с Микеле.

– И вернуться к ней. – тихо пробормотал Неро, но я не стал отвечать. Он может думать всё, что захочет. Пока. Но если перейдёт черту… У меня всегда найдётся чем осадить его. Например, его же «ангелом». Кстати, об этом.

– Слышал, в театре, где танцует твоя Лия, скоро будет гала-концерт. Говорят, она там будет главной балериной. – сказал я, устроившись на заднем сидении своей AUDI.

Неро напрягся, его челюсти сжались, и я мысленно усмехнулся. Так, легко нажимать на его кнопки. И так приятно наблюдать за тем, как этот непробиваемый, хладнокровный цербер, каким его все считали, теряет голову от одной мысли об этой девушке.

– Думаю, это будет прекрасная идея отвезти туда Настю. – продолжил я, наслаждаясь произведённым эффектом.

– Я понял, больше ни слова. – процедил он сквозь зубы, и от меня не ускользнуло то, как его рука машинально потянулась в карман брюк, где, я точно знал, хранилась маленькая серебряная серёжка в виде крыльев ангела.

Уголок моих губ тронула лёгкая, почти незаметная улыбка. Неро, мой самый преданный человек, правая рука, всегда сохранял ледяное спокойствие. Но стоило заговорить о Лие, юной балерине, что пленила его сердце, и он превращался в загнанного зверя, готового наброситься на любого, кто осмелится косо посмотреть в её сторону.

У Неро и Лии… скажем так, была своя, особенная история. Они столкнулись случайно, в одном из моих ресторанов, куда Неро заглянул поужинать. Лия вылетела из здания и, не заметив его, врезалась в него со всей силы. Быстро извинившись, пролепетав что-то невнятное о том, что опаздывает, она буквально упорхнула, оставив Неро, стоять посреди зала с растерянным выражением лица. Мой друг, обычно не упускающий возможности оказаться в объятиях красивой женщины, просто замер на месте, наблюдая, как её хрупкая фигурка скрывается в потоке людей. Когда он, наконец, пришёл в себя, то заметил на полу крошечную серёжку, сверкающую в лучах заходящего солнца. Крылья ангела…

Я не мог понять, почему Неро до сих пор не попытался познакомиться с ней лично, завоевать её, а вместо этого предпочитал наблюдать за ней со стороны и следить за каждым шагом. Однажды я случайно увидел, как он, напряжённо сдвинув брови, изучает кадры с камер видеонаблюдения, установленных в квартире Лии. Та спокойно болтала с двумя подругами, попивая вино, и понятия не имела, что за ней наблюдают. Зная возможности и, главное, методы Неро, я не сомневался, что это лишь вершина айсберга его одержимости.

– Босс, мы будем на месте через двадцать минут. – объявил Бенито с водительского сиденья, бросив на меня короткий взгляд в зеркало заднего вида. – Все как вы просили – периметр чист, наши люди на позициях.

– Отличная работа. – кивнул я, устраиваясь поудобнее на заднем сиденье. Я никогда не был чёртовым тираном, как мой отец, который считал, что солдаты должны бояться своего капитана. Страх – ненадёжный союзник. Он порождает ложь, подлость и, в конечном счёте, предательство. Я предпочитал уважительные отношения со своими людьми. Да, они боятся меня, но не из-за того, что я могу убить их за любую провинность, а потому, что знают, на что я способен, и уважают мою силу, ум и беспощадность к врагам.

Кстати, о предательстве.