Трэвис обладал приятной внешностью: светлые волосы его были заплетены в косички, а по шее вилась татушка.

– Тебе идет быть свободным человеком. – Я хлопнул его по животу. – Кажется, ты и в весе прибавил. Хорошо питаешься?

Трэвис оттолкнул мою руку.

– Погоди, вот когда выберешься… Через полгода приготовлю для тебя восхитительное филе на новоселье. На твое новоселье, конечно.

Я отошел назад и приподнял брови.

– Ты что, нашел мне дом?

В тюрьме мы с Трэвисом заключили договор. Я пообещал платить ему, как своему ассистенту, а он должен был вести мои финансы. После того, как меня перевели в Долор, я поручил ему миссию – найти для меня идеальный дом. Две спальни: главная с огромным окном и видом на бухту, на море. Мия мечтала о том, что после выпуска отправится к морю, ножки помочить. И я должен был исполнить ее мечту. Я подарил Трэвису все нужные средства для того, чтобы купить этот дом. И он мог поселиться в нем и жить там до самого моего возвращения. Еженедельные звонки свои я тратил на сообщение с банком: договаривался об отдельном банковском аккаунте, делал переводы для покупки.

Несмотря на то, что в голове моей царил полный разгром, сердце все еще жило мечтой о будущем с Мией и Зиком.

Сделка с Трэвисом, конечно, была мероприятием рискованным. Он мог бы украсть все мои деньги и сбежать… но он бы этого не сделал. Он хотел изменить свою жизнь. Стать добрее. Я никогда не обсуждал с ним Мию, но сам Трэвис только и делал, что говорил о Саммер, своей возлюбленной.

А я по опыту знал, как любовь меняет человека.

– Да, приятель. Все здесь, со мной. Тебе осталось только бумаги подписать. – Трэвис нелепо улыбнулся и махнул рукой на кипу бумаг на столе. – Восемнадцать домов. Мы с Саммер посмотрели восемнадцать домов, прежде чем найти этот. Надеюсь, ты не разочаруешься…

Я открыл папку и на первой же странице увидел каменный дом. По лужайке перед ним тек ручей. Сердце мое радостно заколотилось.

– …не на побережье, конечно, но там есть сад и озеро на другой стороне. И причал. Как только я на него ступил, я сразу понял – это твое…

Я перелистывал страницы, а Трэвис продолжал говорить.

Главная спальня – вплоть до мебели – выглядела так, словно сбежала прямо у меня из головы. Одну из стен занимало окно. Еще там был камин. В уголках глаз моих закололи слезы благодарности. Колено начало подпрыгивать под столом – нервный тик вернулся.

Я закрыл папку и откинулся на спинку стула. Сдавил пальцами переносицу – кажется, эмоции готовы были поглотить меня без остатка. Я всю жизнь хотел иметь свой дом. Но никогда не думал отыскать тот самый дом. Дом, в котором я представлял нашу с Мией совместную жизнь. Я отправил Трэвиса в погоню за синей птицей. Я думал, что шансов у него почти нет. Но он отыскал ее.

– Черт, тебе не нравится…

Я провел рукой по лицу, смахнув слезы одним резким движением.

– Нет, приятель. Я, блин, тебя обожаю. Этот дом идеален. – Я чуть склонился вперед, снова открыл папку и отыскал среди бумаг договор. – Дай-ка сюда ручку.

Мия хорошо отзывалась о докторе Конуэй. Я впервые пришел к ней на прием: забрел в маленькую комнатку, мазнул взглядом по плакатам на стене, по окну с видом на лужайку перед кампусом и по большому коричневому дивану. Должно быть, Мия частенько здесь сидела.

– Как мне тебя называть? Оливер или Олли? – спросила доктор Конуэй – она появилась позади меня и прикрыла за собой дверь.

– Неважно.

Я опустился на кожаный диван и вытянул ноги.

Доктор Конуэй села на свое офисное кресло и повернулась ко мне.

– Значит, Оливер. Прозвища мне никогда не нравились.

– Ладно.

– Кажется, доктор Бутала направил тебя ко мне. Как дела с новыми лекарствами?

– Если честно, мне надо бы с них слезть. Они работают совсем не так, как должны. По крайней мере, не так, как работали раньше. Бездна внутри меня голодна. Ей словно чего-то не хватает. Я не чувствую себя целым. Таблетки превратили меня в настоящего засранца, а я не хочу таким быть. Понимаете, о чем я?

Как только я увидел, что сотворил с Мией, то понял, что оно того не стоило. Я, должно быть, не соображал, когда просил доктора Буталу заставить меня чувствовать либо ничего, либо все. Я хотел чувствовать все. Мия этого заслуживала.

Каким-то образом даже на таблетках Мия смогла достучаться до меня… и чуть не свела меня с ума. Наша любовь смогла до меня добраться. Никакая сила на планете, никакие таблетки не заставят меня сдаться. Я должен слезть с лекарств.

– Тут написано, что без медикаментов ты довольно резок на поворотах, – напомнила мне доктор Конуэй.

Фраза ее прозвучала, словно вопрос.

Я подался вперед, упервшись локтями в коленки.

– А еще я добрый, любящий и очень честный, когда не пью таблетки. Разве это не считается?

– У тебя не так много времени осталось, Оливер. Полгода, и ты отсюда выпустишься. Станешь свободным человеком.

– У меня нет столько времени.