Войдя на кухню, увидела Ника безразлично ковыряющегося в тарелке. Его внешний вид тоже оставлял желать лучшего, видимо бурная ночь не прошла бесследно. Мысленно усмехнулась, садясь за стол напротив брата. Тот, в свою очередь, даже не удосужился поднять на меня глаза.

— С днём рождения, братишка, — придала лицу беззаботное выражение.

Никита резко дёрнулся, стрельнув в меня презрительным взглядом, и снова вернулся к своему увлекательному занятию, в виде разглядывая еды.

— Спасибо, — буркнул себе под нос, отправляя в рот кусочек тоста.

Этот светский завтрак раздражал меня ровно столько же, как счастливое лицо Тани, не умолкающей ни на секунду.

— Спасибо, я пойду собираться, мне ещё нужно съездить по делам, — сказал своей пассии бесцветным голосом, вставая из — за стола.

— Но ты же даже не доел, — обиженно протянула Таня.

— Я наелся, — бросил Ник, стремительно покидая кухню.

— Какой-то он странный, — задумчиво произнесла девушка, провожая его взглядом.

— Как по мне, так обычный, — безразлично пожала плечами, отпивая кофе из чашки.

— Вась, ты же сходишь со мной по магазинам? Надо купить Никите подарок, он меня позвал сегодня на ужин к его маме. Ты же тоже идёшь? А ты уже купила подарок? — как обычно затараторила девушка, застав меня врасплох.

Чёрт. Подарок. Совсем вылетело из головы. И что ему дарить? И как это вообще будет выглядеть в сложившейся ситуации? Да и проводить день в Таниной компании мне точно хотелось бы меньше всего.

— Не купила, — ответила я, прекрасно понимая, что теперь мне от неё точно не отделаться.

— Супер! — воскликнула она, вскакивая со своего места. — Я тогда пошла собираться, через час поедем, — решила всё за меня, не давая вставить и слова.

Потерпи, Василиса. Просто потерпи. Уже сегодня вечером я сяду в самолёт, который избавит меня от этих мучений.

Спустя полтора часа я таскалась за Таней по торговому центру, пропуская мимо ушей фонтан из слов, непрерывным потоком льющийся из её рта.

За что мне всё это? Я же была хорошей девочкой, никогда не делала никому зла, по крайней мере умышленно. Я просто хотела отдохнуть, погреться на пляже, отвлечься от повседневной жизни. А что в итоге? В итоге я разбита, как хрустальная ваза, и в растрёпанных чувствах выгуливаю подружку своего брата. Брата, которого я люблю и ровно столько же ненавижу.

— Как тебе это? А может вот это? — она тыкала мне под нос какие-то безделушки, не в состоянии определиться.

— Ага, супер, — отвечала на автомате, озираясь по сторонам, пытаясь найти предлог, чтоб хоть не на долго избавиться от её общества.

— Тань, я до туалета схожу, ок?

— Да-да, конечно, — бросила в мою сторону, продолжая выносить мозг консультанту.

Я спустилась на этаж ниже и просто бродила между витринами, проветривая свой мозг от назойливого щебетания. Не знаю, сколько я бесцельно бродила, погруженная в свои мысли, но кажется, что отделы начали повторяться по второму кругу. Пора возвращаться, пока Таня не начала меня искать.

В последний момент, проходя мимо какого-то бутика, мой взгляд зацепился за мужские часы. На бортике циферблата была выгравирована надпись на английском языке, которая гласила: «Цени каждый миг, ведь его не вернуть». Не раздумывая достала кошелёк и позвала продавца. Стоят они, конечно, неприлично дорого, но скоро я вернусь на работу и поправлю своё финансовое положение.

— Василиса, ну ты где ходишь так долго⁈ — воскликнула Таня, с которой мы пересеклись на лестнице. — Я тебя уже потеряла.

— Да там очередь была, — промямлила я, мысленно закатывая глаза.

— Смотри! — возбуждённо выдохнула она, открывая коробочку, в которой красовались золотые запонки.

— Очень красиво, — ответила я. И даже не соврала, они действительно очень милые, думаю Нику понравится.

При воспоминании о брате, в груди уже привычно защемило неприятное чувство, с которым, я пока не поняла, как бороться.

— А ты что-нибудь присмотрела? — заинтересованно спросила девушка, ведя меня к выходу из торгового центра.

— Да, часы, — коротко ответила ей, не желая демонстрировать свой подарок. Это для меня слишком личное.

— Часы? — округлила глаза, посмотрев на меня, как на больную. — Это же к расставанию.

— Ну да, наверное, — пожала плечами, делая вид, что не придала значения её словам.

К расставанию. Именно. Очень символично. Надеюсь, он это тоже поймёт. Уже сегодня ночью я буду спать в своей постели. Одна. Никто не будет меня притягивать во сне к своему телу, никто не будет нежно гладить по моей спине, никто не поцелует так, что вышибет воздух из лёгких, и никто не пожарит с утра яичницу с подгорелым беконом. От последней мысли не смогла сдержать грустную улыбку.

— С тобой всё нормально? — спросила Таня, оторвав от моих раздумий. — Ты сегодня тоже какая-то странная, — с подозрением посмотрела мне в глаза.