А сейчас моя «интрижка» на вечер цепляет зубами невесомую резинку трусов и тянет её вниз. О чем-то постороннем думать, как-то, не получается. Да, уже и не хочется. Когда ехала сюда, ожидала, что мне придется скрашивать тошнотворный процесс мыслями о единорогах и милых котятах, а тут, фантазировать, скорее, придется ему…

Будто нетронутый лютик, неловко пытаюсь свести колени и корю себя за такую глупость. «Господи, за что ж тебе, бедному, так со мной не фартануло?». Слава осуждающе цокает и отрицательно качает головой, мягко разводя горячими ладонями мои ноги обратно. "Всё, собралась!" Рвано выдыхаю и замираю, когда парень легко выныривает из своей весёлой майки с покемоном, обескуражив меня видом крепкого, идеально выточенного, торса. Длинный кулон звякает серебряной цепочкой и падает обратно на широкую мужскую грудь. Какой же, мать твою – несносную женщину, ты красивый…

По – хозяйски дернув меня за бедра, падает вниз, с предвкушением устраивая свою голову между моих подрагивающих разведенных коленей. Матерь божья… А мне придется за это доплачивать…?

- А – ах! – жалобный писк рвётся из груди в момент, когда кончик обжигающего языка ударяет по чувствительному комочку плоти.

Ощущение, как после горячего укола. По венам моментально расползается жар. Проникает в каждую клеточку, ударяет в голову. Мышцы лона нетерпеливо вибрируют и дрожат, словно натянутые пружины под напряжением.

Прикусив нижнюю губу от острого наслаждения, запрокидываю голову, не в силах контролировать закатывающиеся глаза. Его губы невесомо скользят по, набухшим от возбуждения, складкам, неторопливо собирая влагу, блуждают по стыкам бёдер, а я чувствую каждую колючую мурашку, что мечется под кожей от его, практически невинных ласк.

Ведомая внутренними природными инстинктами, сминаю пальцами его кудряшки и прижимаюсь к лицу парня крепче. Да, обнаглела. Но и я тебя не заставляла преклонять предо мной колено. Меня не каждый день такими плюшками кормят.

Мальчик оказался очень понятливый. Довольно усмехаясь и покрывая влажную кожу своим теплым дыханием, раздвигает юрким языком складочки и ныряет им в самое естество, что радостно трепещет и сжимается, пытаясь выжать из вторгающегося всё по максимуму.

Сильные руки, для удобства, пролезают под бедрами и заключают их в кольцо, стискивая пальцами нежную кожу. Возможно, завтра будут синяки, но мне не перед кем оправдываться. Пускай это останется приятным воспоминанием о сумасшедшем приключении и странном опыте в моей жизни…

Дикой птичкой мечусь по подушкам, пока язык парня настойчиво и с особым рвением изучает мой внутренний мир. Это больше, чем просто хорошо. Это, не побоюсь этого слова, восхитительно. В какой-то момент даже начинаю завидовать Настеньке за то, что каждый день могла пользоваться этой, уникальной в своем роде, машиной для удовольствий. Дура-дурная… На кого она должна была его променять, чтобы обмен был хоть немножечко равноценным?!

Два пальца врываются в сочащуюся плоть, фигурально выражаясь, с ноги и без предупреждения. Прямо с порога выбивая из меня, трясущийся в конвульсиях от такого вероломного вторжения, оргазм.

- Боже… Мама! – не могу определиться, кого же звать на помощь, и выгибаюсь всем своим дрожащим телом.

Пока плаваю на кисельных сладких волнах, даже не замечаю, когда он успевает избавиться от одежды до конца. Лениво открываю глаз только в тот момент, когда понимаю, что мои ноги легли в неестественной позе на чужие плечи, а к содрогающемуся проходу угрожающе приставили горячее гладкое «дуло ствола».

- Да, - с наслаждением выдыхает Слава, одним резким толчком погружаясь полностью.

- Ауч! – неловко всхлипываю, выпучив глаза.

Я-то думала, у него только язык длинный, а тут, вон оно чё…

- Бл*дь, кайф какой, - со сладкой хрипотцой в голосе стонет парень, пока я жадно хватаю отголоски минувшего оргазма.

Кровать дрожит под мощными толчками и бьется спинкой о стену. Только сейчас понимаю, что там находятся соседи – маргиналы, что оказали мне радужный приём. Так им и надо.

Цепляюсь ногтями в мужские предплечья, пытаясь сохранить статичное положение, но замираю, как пришибленная, когда резко ощущаю пустоту, а живот покрывается теплой и вязкой жидкостью.

«Всё что ли…?», - вертится на языке вопрос, на который он отвечает быстрее, чем я его успеваю озвучить.

- У меня год не было никого, что ты хотела…?!

Впрочем, моё легкое удивление было преждевременным. Поле первого захода и короткой передышки был второй. После второго – третий. В общем и целом, к моменту, когда мои ноги уже гудели и немощно дрожали, а дыхалка отказывалась работать, этот жеребец малолетний даже не запыхался. Вот тебе и разница возрастов…

- У тебя шикарная растяжка, - лениво гудит в потолок Слава, раскинувшись на постели в позе морской звезды.