«Твоя любимая? Можешь распечатать её и повесить у своей кровати», — непринужденно отвечаю, хотя пальцы яростно дрожат.
«Я же уже сказал — не люблю суррогат. Поэтому, у своей кровати я предпочитаю видеть тебя».
— Дебил, — ядовито выплевываю, тяжело дыша, словно разъяренный бык.
«А что ты тогда лично ко мне не придешь, раз такой смелый? Просто познакомиться, закадрить, затащить в постель — слабо? А нет, как ты там говорил? Скучно? Не ври себе, ты просто ссыкло!».
«Я хочу узнать тебя настоящую. Представляешь, сколько бы мне пришлось выводить тебя на эмоции в жизни, чтобы ты показала свою такую яркую злость, чистую ненависть, такое вкусное смущение, которое пытаешься прятать за колкими фразами».
Нет, он точно псих…
«Если бы ты мне сказал то же самое в лицо, что писал выше, поверь, я бы тут же показала тебе во всех красках и злость, и ненависть, и ещё плюнула в рожу!».
«Если бы я сказал тебе то же самое в лицо, ты бы уже никуда не захотела уходить, моя сладкая девочка. Кричала бы — да, но совсем не от злости».
«Извращенец вонючий», — набираю короткий ответ, захлопываю крышку и швыряю ноут в кресло.
Это же надо так выбесить! Провожу ладонями по лицу, пытаясь унять, разрывающее ударами грудь, биение сердца.
Придется всё-таки копить на новый компьютер активнее. На крайний случай, можно занять у брата. Выключаю свет и, насупившись, как мышь, залезаю под одеяло. В мои всклоченные мысли тут же пробирается милый мальчик из универа, что взбудоражил сознание своим появлением в кофейне и никак не желает меня отпускать. Пусть даже сам об этом не подозревает. Ну, это пока…
С мечтательной улыбкой на губах штудирую интернет, нахожу сайт универа, список всех студентов, долгих тридцать минут методом исключения отсекаю первый и второй курс и мониторю группы на наличие Савелиев. Их оказывается всего четыре. Поочередно вбиваю их имена и фамилии в поиск социальных сетей. Всё не то. Моим оказывается последний.
Перов Савелий Касимович.
Открываю изображение на аватарке и томно вздыхаю, разглядывая красивое умиротворенное лицо с прикрытыми глазами. Фото сделано ранним туманным утром, предположительно где-то за городом, рыже — золотые с розовыми переливами лучи солнца, пробиваясь сквозь молочную пелену, путаются в его темных кофейных волосах, целуют чувственные губы с выразительной галочкой над верхней…
— Эх, — сдавленно пищу в подушку и так и засыпаю с его изображением на экране…
— 9 —
Будильник разрывается в семь утра, вырывая меня из сна, где Савелий смотрел на меня своими оленьими глазами и краснел до кончиков ушей, пока я расстегивала третью пуговицу на рубашке…
Я сбрасываю одеяло. В комнате пахнет моими духами с ароматом фисташки и кокоса и … Жареной навагой? Какой идиот готовит рыбу с утра пораньше? Верно, наши чокнутые соседи.
— Выруби эту адову машину! — с яростью орет Яська из соседней комнаты, намекая на мой будильник.
— Вставай, кодер недоделанный! Нас ждет высшая математика и, возможно, любовь всей моей жизни.
— Отвали, Мила, — мычит она, просовывая лохматую голову в дверь моей спальни. — Какая любовь в такую рань?
Я игнорирую её нытье и подхожу к столу. Сердце делает неприятный кульбит. Мой ноутбук открыт, хотя я точно помню, что закрывала крышку. На белом листе текстового редактора мигает курсор под новой строчкой:
«Твои красные трусики с кружевом на спинке кресла... В жизни они выглядят еще лучше, чем на тех фото, Мила. Я всё вижу».
Дыхание перехватывает. Черт. Этот урод снова в моей системе. Я резко захлопываю крышку, чувствуя, как по спине пробегает ледяной холодок. Кто-то за мной наблюдает? Прямо сейчас? Я быстро оглядываюсь на окно, но за ним лишь серый двор-колодец.
— Яся, — настороженно рычу, зачем-то переходя на шепот. — Ты трогала мой комп?
— Да, а что? — сонно бубнит потирая длинные наращенные ресницы. — Мне надо было резюме распечатать, ты ж в тот раз так и не сделала…
Одной проблемой меньше, в моей комнате никого постороннего не было. Но от этого, честно говоря, не сильно легче.
«Не дай ему победить», — приказываю я себе. Если этот псих думает, что я запрусь в ванной и буду плакать, он плохо меня знает. На всякий случай залепляю камеру ноута стикером, ощущая себя при этом бабкой, наивно верящей в то, что за ней следят масоны.
В ванной я трачу на макияж в два раза больше времени, чем обычно.
Тон: идеальный. Стрелки: острые, как бритвы. Губы: нежно-розовый блеск с эффектом объема.