— Миша! — Кричу я, когда он тянется через меня, чтобы дотянуться до Армани. — Я беременна!

Мой брат замирает, и переводит взгляд на меня. Мгновенно его лицо меняется с сердитого на удивленное.

— Ты беременна?

Я быстро киваю.

— Поэтому, пожалуйста, не убивай отца моего ребенка.

Миша притягивает меня к своей груди, обнимая безумно сильно, затем похлопывает Армани по плечу, как будто секунду назад не хотел его убить.

Эти мужчины прикончат меня.

— Поздравляю, — говорит Миша с широкой улыбкой. — Я стану дядей.

Желая выбраться из леса, я напоминаю ему:

— Где тело?

— Сюда.

Мы снова начинаем идти, и когда Армани пристраивается рядом со мной, я придвигаюсь ближе к Мише.

Может, он больше и не хочет меня убивать, но это не значит, что я смирилась с тем, что произошло.

Наконец мы добираемся до тела, но я не узнаю человека.

Мы втроем смотрим на мертвеца, затем Миша бормочет:

— Кто он, блять, такой?

— Понятия не имею. — Присев на корточки, Армани похлопывает по телу и вытаскивает бумажник. Он открывает его и проверяет все карточки. — Джованни Сибилия?

— Никогда о нем не слышал, — говорит Миша.

Просто чтобы внести ясность, я бормочу:

— Я тоже.

Армани поднимается на ноги, затем встречается со мной взглядом. Удар его напряженных глаз заставляет меня отступить на шаг.

Вчера они были полны ненависти.

— Мы так и будем стоять здесь весь день, пока вы двое пялитесь друг на друга? — Спрашивает Миша. — Пойдем домой.

Я отворачиваюсь.

— В какой дом?

На мгновение воцаряется тишина, прежде чем Армани шепчет:

— Наш.

Я качаю головой.

— Нет. — Отойдя от мужчин, я пробираюсь сквозь деревья, выхожу на дорогу. Проверяя, нет ли движения, я перехожу улицу и направляюсь ко входу в хостел.

Он мне не доверял.

Из-за его действий мы могли потерять нашего ребенка.

Он причинил мне боль.

— Тиана, — говорит Армани, когда я выхожу через черный ход и направляюсь к озеру.

Дойдя до озера, я останавливаюсь и сажусь на траву. Армани приседает передо мной, и я отворачиваю от него лицо.

— Прости меня, bella.

Я качаю головой, вся душевная боль и страх, которые я испытывала из-за него, слишком сильно бурлят в моей груди.

— Tesoro mia, — шепчет он.

Когда он пытается дотянуться до моего лица, я отталкиваю его руку и свирепо смотрю на него.

— Мои слова ничего не значили прошлой ночью. Твои ничего не значат сегодня.

Армани садится и кладет руку на колено. Он наклоняется вперед.

— Пожалуйста, посмотри на меня.

Я смотрю на него, чтобы он увидел, как сильно он меня обидел.

Вижу, как моя боль отражается на его лице, когда он говорит:

— Мне так чертовски жаль.

Я прижимаю ладонь к сердцу.

— Я понимаю, почему ты злился. Я даже понимаю, почему ты мне не поверил. Но я не могу смириться с тем, что ты направил на меня заряженное оружие.

Он кивает, чувство вины застывает на его лице.

— То, что я сделал, непростительно, но я бы никогда не нажал на курок.

— И от этого мне должно стать легче?

Он качает головой, затем оглядывает нас, прежде чем снова посмотреть на меня.

— Здесь небезопасно. Пожалуйста, мы можем пойти домой?

Я не должна, но не могу удержаться, чтобы не спросить:

— Как я могу быть в большей безопасности в твоем доме?

— В нашем доме, — поправляет он меня, затем добавляет: — Там будет Миша.

Мои плечи опускаются, и я смотрю на свои руки, где на пальце все еще красуется его кольцо.

— Что происходит?

— Кто-то нацелился на меня. — Армани поднимается на ноги и протягивает мне руку.

Я колеблюсь, прежде чем вложить свою ладонь в его. Он тянет меня вверх, и прежде чем я обретаю равновесие, притягивает к своей груди, и его руки обвиваются вокруг меня.

— Не надо, — выдыхаю я, чувствуя, как душевная боль заполняет мою грудь.

Он целует мои волосы.

— Прости, amore mia. Пожалуйста, дай мне шанс исправить то, что я сломал.

Я толкаю его в грудь и чувствую его нежелание, когда он отпускает меня.

— Мне нужно время, — бормочу я.

— Я дам тебе столько времени, сколько тебе нужно. Просто пойдем со мной домой.

Я могу злиться на него, но это не мешает мне кивнуть.

Мы возвращаемся, пока Миша наблюдает за нами из хостела. Когда мы подходим к нему, я говорю: