Мама вздыхает с облегчением, но тут стук в дверь прерывает напряженный разговор.

Лео поднимается на ноги и направляется к двери, а мой взгляд следует за ним через всю комнату.

Я не могу не отметить, как уверенно он движется. А от того, как сшитый на заказ костюм подчеркивает его мускулистое телосложение, у меня мурашки бегут по спине.

Слушая, как он приветствует кого-то, я понимаю, что теперь это моя жизнь. Меня похитил глава мафии, и я стала его женой. Да, с этим неожиданным поворотом судьбы уже ничего не поделаешь.

Так или иначе, мне придется найти способ смириться с этим.

Лео

Когда мы возвращаемся домой, усталость буквально валит меня с ног.

Я направляюсь прямиком к виски и наливаю в стакан больше, чем обычно.

Когда я делаю столь необходимый глоток и жидкость обжигает мне горло, я слышу за спиной тихие шаги Хейвен.

В ее голосе нет страха, когда она говорит:

— Спасибо за сегодня.

Со стаканом в руке я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на нее. Ее светло-карие глаза спокойны, и хотя черты лица напряжены от волнения, в них нет ужаса.

Сделав еще один глоток, я подхожу к дивану и сажусь. Когда Хейвен не двигается с места, я жестом указываю на другой диван, и как только она садится напротив меня, говорю:

— Прости, что надолго оставил тебя одну. Мне нужно было решить много дел.

— Мы можем поговорить о том, что мне разрешено делать, и о том, как мы будем жить дальше?

— Конечно. — Я скрещиваю ноги, кладу лодыжку на колено и откидываюсь на спинку дивана. — Мы женаты, Хейвен. Ты не моя пленница. Я буду водить тебя на свидания и проводить с тобой время, но когда у меня нет планов на наш счет, ты вольна приходить и уходить, когда тебе заблагорассудится. Когда ты будешь покидать дом, с тобой всегда будут четверо охранников.

— Четверо охранников?

— Это для твоей защиты. У меня много врагов.

— О. — Она смотрит в окно на океан.

Мой взгляд скользит по обтягивающим леггинсам, которые сидят на ней как вторая кожа, и хотя на ней футболка большого размера, мне это ни капельки не нравится.

— Не надевай обтягивающую одежду, когда выходишь из дома.

— А? — Ее внимание снова переключается на меня.

— Тебе запрещено носить леггинсы за пределами особняка. Я не потерплю, чтобы какой-то другой мужчина пялился на то, что принадлежит мне.

Я удивляюсь, когда ее шея покрывается румянцем, который затем распространяется и на щеки.

— В таком случае, я больше никогда не надену леггинсы. Мне не нужно, чтобы ты пялился на меня.

Я усмехаюсь.

— Мне все равно, что на тебе надето, principessa. Даже в мусорном мешке ты будешь для меня сексуальна.

Ее дыхание немного учащается, привлекая мое внимание к тому, как поднимается и опускается ее грудь.

Блять, мне не терпится увидеть ее обнаженной.

От этой мысли я возбуждаюсь, и кладу руку на колени, делая большой глоток виски.

Я продолжаю пристально смотреть на Хейвен. Она все больше смущается, и румянец не сходит с ее лица.

— Насколько ты невинна? — спрашиваю я.

Ее брови сходятся на переносице.

— Что ты имеешь в виду?

— Со сколькими мужчинами ты спала?

— Господи, — шепчет она, а затем снова отворачивается к окнам, чтобы избежать моего взгляда. — С одним.

С тем идиотом, с которым она встречалась четыре года.

— Он был ванильным?

Она делает глубокий вдох, затем кивает. Внезапно ее глаза расширяются, когда она переводит взгляд на меня.

— Даже не пытайся заниматься со мной какими-то странными извращениями.

Я усмехаюсь и качаю головой.

— Я не увлекаюсь БДСМ, но почти уверен, что тебя никогда не трахали по-настоящему.

— Прекрати, Лео, — рявкает она, снова отворачиваясь от меня, а румянец на ее лице становится все гуще.

— Тебе даже неловко говорить о сексе, — замечаю я.

— Потому что ты для меня посторонний человек.

— Спрашивай меня о чем угодно, — говорю я, допивая виски.

Когда я наклоняюсь вперед и ставлю стакан на кофейный столик, Хейвен спрашивает:

— Что тебя успокаивает, когда ты расстроен?

— Когда я злюсь, мне нужно время, чтобы все обдумать. — Я снова откидываюсь на спинку дивана и, наклонив голову, смотрю на ее прекрасное лицо.

— Мне тоже, — шепчет она. — У меня сложилось впечатление, что ты вспыльчивый человек. — Она высовывает язык, чтобы смочить губы. — Ты когда-нибудь бил женщину?