Мои плечи сгибаются под свалившейся на меня тяжестью переживаний, и я снова перевожу взгляд на коридор.

Поверить не могу, что я только что встретилась лицом к лицу с Анджело Риццо.

Боже, какой он могущественный!

И красивый.

И чертовски устрашающий.

Теперь, оказавшись вне линии прямого огня, я осознаю, насколько Анджело Риццо привлекателен. Я начинаю понимать, почему моя кузина Аида была так им увлечена, когда мы виделись пару месяцев назад на семейном ужине.

Может, Анджело Риццо и один из самых привлекательных мужчин, которых я когда-либо встречала, но это нисколько не умаляет того ужаса, который он мне внушает. А может, наоборот, еще больше усиливает.

Отче, это снова я. Спасибо, что спас мою задницу.

Я возвращаюсь мыслями к убийству, свидетелем которого стала, и страх снова возвращается.

Я выросла в «Коза Ностре», поэтому должна была бы привыкнуть к преступности и коррупции, но это не так. Думаю, что я никогда не смогу привыкнуть к смерти.

Еще два года, и ты сможешь окончательно порвать с Джорджио и с этим миром.

Дождавшись, когда Витторию выведут из кабинета, я подхожу к столу, сажусь и перевожу взгляд на Джорджио – у него такой вид, как будто он сейчас обделается.

Ему было всего двадцать один, когда он занял место Тони семь лет назад, но Джорджио не выполняет и половины той работы, которую делал для меня Тони. К тому же он пристрастился к азартным играм, из-за чего я начал терять деньги.

– Я слышал, ты проводишь много времени в «Падших ангелах», – ворчу я.

Стриптиз-клуб «Падшие ангелы» – мой первый бизнес, поэтому я питаю к нему слабость.

Клуб разделен на три части: «Рай», где посетителям можно только смотреть, как девушки танцуют, «Ад», где дозволено все, и «Чистилище» – помещение для азартных игр.

Само собой разумеется, что это заведение приносит мне кучу денег.

– Да, сэр, – отвечает Джорджио.

Он направляется к одному из стульев за моим столом, но Тини кладет руку ему на грудь и качает головой.

Никому не позволяется сидеть в моем присутствии. Ну, за исключением людей с фамилией Риццо, Ла Роса, Торриси, Фалько и Витале.

– Сколько он задолжал? – спрашиваю я.

Я и сам знаю точную сумму, но не хочу, чтобы у Джорджио создалось впечатление, будто его жизнь меня хоть сколько-нибудь интересует.

– Без малого триста тысяч, – отвечает Тини.

Я приподнимаю одну бровь и качаю головой.

Джорджио покрывается потом, капельки влаги блестят у него на лбу и стекают по вискам.

– Я обязательно рассчитаюсь!

– Разумеется, – отвечаю я. – Причем сегодня же.

Глаза у Джорджио становятся огромными, как два блюдца.

– Я не смогу так быстро достать деньги.

– Ну, это твоя проблема, – произношу я без тени жалости на лице.

Тини делает угрожающий шаг в сторону Джорджио, и тот бормочет:

– Я достану деньги. Дайте мне месяц времени.

Прищурившись, я смотрю на ублюдка.

Переводя испуганный взгляд с меня на Тини и обратно, Джорджио добавляет:

– Я единственный близкий человек, который остался у Тори. Пожалуйста, дайте мне всего один месяц. Я обещаю, что достану деньги.

Это я уже слышал.

Как правило, люди говорят это прямо перед тем, как я их убью.

Но Джорджио стоит сейчас передо мной не из-за того, что он мне должен, – иначе он был бы уже мертв. По правде говоря, завтрашний день стал бы для него последним, если бы не его младшая сестра.

Если бы не Виттория Романо.

Я был так занят, что даже и не заметил, как эта девочка выросла и стала красавицей.

Я привык, что люди меня боятся, но когда я увидел ужас в глазах Виттории, мой член затвердел со скоростью света – такой реакции я не ожидал.

Интересно, каково это – подчинить ее себе?

У меня все в порядке с либидо, но в последнее время все женщины словно слились воедино. Все это стало чертовски скучно. К тому же дядя постоянно капает мне на мозги, что пора жениться.

И когда передо мной предстала эта напуганная лань, сердце у меня стало биться быстрее от одного ее кроткого взгляда.

– Виттории двадцать три года, – замечаю я.

Джорджио удивленно смотрит на меня, потом его лицо озаряется от облегчения.

– Да.

– Она уже достигла брачного возраста.

– Да, – кивает Джорджио. – Я выдам ее замуж, когда ей исполнится двадцать пять.

Я издаю смешок: этот ублюдок становится забавным.

– С чего ты взял, что имеешь право выдавать ее замуж? – Я указываю рукой на стол. – Я что, пропустил ту часть, где сказано, что ты у нас главный?

Джорджио опять широко раскрывает глаза:

– Н-н-нет, сэр.

Зачем ждать, когда ей исполнится двадцать пять?

Я отодвигаю эту мысль в дальний угол. Тини займется личной жизнью Виттории после того, как я разберусь с ее братом.

Я облокачиваюсь на стол и слегка наклоняюсь вперед: