Виттория поднимает голову и смотрит на меня, при этом наши лица оказываются всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Чувствуя у себя на губах ее дыхание, я испытываю сильное желание ее поцеловать.

– И что же у меня есть? – спрашивает она.

Я ловлю ее взгляд и теряюсь в ее карих, таких ранимых глазах.

– Твоя невинность.

Виттория опускает взгляд на мою грудь.

– Ты мог бы просто взять ее.

Хотя Виттория не смотрит на меня, я качаю головой:

– Мне нравится знать, что ни один мужчина не прикасался к моей жене.

Виттория прикусывает нижнюю губу, а затем снова поднимает взгляд на меня. Я поднимаю руку, высвобождаю ее губу и подушечкой большого пальца провожу по следу, оставленному ее зубами.

Никаких поцелуев.

Черт!

Это единственное, о чем Виттория меня попросила, и я намерен выполнить ее просьбу.

Я делаю шаг назад и окидываю взглядом ее голые руки, на которых появились новые синяки.

В груди у меня все взрывается от гнева, и я на мгновение задумываюсь, не отрезать ли Джорджио и вторую руку.

Я поднимаю руку и провожу пальцами по фиолетовым и коричневым отметинам на плечах у Виттории.

– Сегодня я разобрался с Джорджио, он больше никогда к тебе не прикоснется.

Виттория широко раскрывает глаза и приоткрывает губы.

– И не вздумай его прикрывать, – предупреждаю я ее. – Однажды я уже позволил тебе мне солгать – когда ты сказала, что ты неуклюжая. Второй раз я этого не потерплю.

Когда наши взгляды встречаются, Виттория кивает и спрашивает:

– Ты его убил?

Я качаю головой:

– Пока нет.

Не желая вдаваться в ужасающие подробности, я отворачиваюсь и начинаю расстегивать жилетку:

– Я иду в душ. Переоденься в пижаму.

Я вынимаю из-за спины оружие и кладу его в прикроватную тумбочку – так я легко смогу до него дотянуться ночью.

Поскольку Виттория богобоязненная женщина, я знаю, что она не станет пытаться меня убить.

– М-м-м…

Я смотрю на нее и приподнимаю бровь:

– Мы будем спать в одной постели. Это не обсуждается.

– Дело не в этом. – Виттория обхватывает себя руками. – У меня нет ничего подходящего для первой брачной ночи.

Уголки моего рта приподнимаются, я иду в гардеробную, снимаю с вешалки одну из своих футболок и протягиваю ей:

– Надень вот это.

Виттория хмурит брови и берет футболку у меня из рук:

– Твою футболку?

– Да. Я хочу, чтобы ты спала в моих футболках, – объясняю я.

– М-м-м… хорошо.

– Надень только футболку, Виттория. Ничего больше, – приказываю я, потом хватаю штаны и иду в ванную, чтобы поскорее принять душ и вернуться к своей невинной маленькой лани.

Я как можно быстрее переодеваюсь из платья в футболку Анджело.

Ее ткань хранит терпкий запах Анджело, и в животе у меня начинают порхать бабочки.

От того, что мне нельзя надеть нижнее белье, я нервничаю еще сильнее.

Я стараюсь сосредоточиться на том, что до сих пор Анджело относился ко мне с пониманием, а не на том, каким опасным человеком все его считают.

Такие люди, как Анджело, привыкли брать все что хотят, а чувства других их мало волнуют, но Анджело хотя бы пытается. И я очень благодарна ему за это.

Он даже обнял меня, и должна признать, что это помогло мне немного расслабиться.

Но я снова ощущаю острое волнение, ведь как только Анджело выйдет из ванной, мы, скорее всего, займемся сексом.

Вот блин.

Я прижимаю руку к животу, который скручивает судорога, и смотрю на кровать, застеленную белоснежными простынями.

Как Анджело удается поддерживать такую чистоту?

Господи, Тори! Ты сейчас лишишься девственности, а думаешь о простынях!

Скоро я разденусь перед мужчиной. Впервые.

В миллионный раз за сегодня мое сердцебиение учащается, и меня пробирает дрожь.

Я поворачиваюсь спиной к кровати и встречаюсь взглядом с Анджело – прислонившись плечом к дверному косяку, он прожигает меня взглядом.

Матерь Божья!

На нем только черные спортивные брюки.

Я ошеломленно смотрю на его голую грудь, покрытую татуировками. У него на коже выгравирован ангел, протягивающий руку к дьяволу, – оба под градом пуль.

От этого зрелища у меня по спине пробегает дрожь.

Анджело отталкивается от дверного косяка и медленно идет ко мне, словно хищник, а его жертва – я.

Мое дыхание мгновенно учащается, я начинаю неглубоко вдыхать ртом.

Под золотистой кожей Анджело проступают мышцы, а при взгляде на вены у него на руках что-то внутри моего живота сжимается от ощущения, которое я никогда раньше не испытывала.

Анджело останавливается в нескольких сантиметрах от меня, и я чувствую свежий аромат его геля для душа. Капля воды падает с влажных волос и стекает по груди Анджело, исчезая за поясом спортивных брюк.

Остро ощущая темную энергию Анджело, я тяжело сглатываю и поднимаю взгляд на его лицо. Золотые искорки его янтарных глаз обжигают меня, словно пламя, я чувствую на своей коже их жар.