– Королева держит их в невидимых ветряных тюрьмах, Скарлетт. Они не слышат ни единого звука и могут только наблюдать за происходящим. Нам к ним не пробиться.

– Вели ей отдать мне кольцо, и покончим со всем прямо сейчас, – сказала Талвин Сорину.

Скарлетт в ужасе наблюдала, как то, что она приняла за браслет, стало разматываться с запястья Талвин, словно змея, искрясь и потрескивая, пока не превратилось в хлыст, который королева теперь держала в руке.

– Оно принадлежит ей, и никто не имеет права указывать, что ей с ним делать, – прорычал Сорин, делая шаг вперед. На этот раз он устоял на ногах под порывом ветра.

На губах Талвин появилась злорадная ухмылка.

– Не трать силы попусту, Сорин, – поддразнила она. – Мы оба знаем, что в последнее время ты чувствуешь себя… несколько хуже обычного.

Талвин замахнулась хлыстом, но ударить не успела – сзади его петлю перехватил пылающий клинок. Она с удивлением обернулась и увидела стоящую позади себя Элизу с мечом в руках. Это был самый великолепный клинок, который Скарлетт когда-либо видела.

– Я недооценила твою скорость, – прорычала Талвин.

– Вы вообще сильно меня недооцениваете, Ваше Величество, – бросила в ответ Элиза.

Если бы взглядом можно было убить, Элиза была бы мертва, настолько смертоносно смотрела на нее королева.

Появившийся рядом с Рейнером Сайрус злобно выругался, когда увидел, где удерживают Скарлетт.

– Сайрус, иди помоги Каллану! – предприняла новую попытку Скарлетт, но он тоже не двинулся с места.

Взмахнув рукой, Талвин вернула себе хлыст и повернулась к Сорину.

– Во всем этом нет необходимости, глупец ты эдакий, – прорычала она.

– Это ты напала на нас, моя королева, – ответил он. Слово «королева» он произнес нарочито ядовитым тоном.

– Хватит, – воскликнула Талвин.

С тошнотворным грохотом Сорин и члены его Внутреннего двора были отброшены к краям площадки порывом ветра, способным вырывать из земли деревья. Из трещин в каменных стенах вылезли корни и связали всех, кроме Сорина, который мгновенно поднялся на ноги. Талвин подскочила к нему, и ее хлыст обвился вокруг его горла.

– Я знаю, кто она, Сорин, – с яростью заявила она. – И откуда у нее это кольцо. Как ты посмел скрыть это от меня? Она моя родная кровь.

Скарлетт замерла в своей вихревой тюрьме. Выходит, Талвин известно, что они кузины. Как она догадалась об этом? И давно ли?

– Понимаю, что я тебе безразлична, – продолжала она, обращаясь к Сорину, – но неужто ты и правда так ненавидишь все и всех в Белых Залах? Неужто твоя любовь умерла вместе с Элине́?

Сорин боролся с плетью, стянувшей его горло. Пламя охватило его руки, когда он пытался вырваться. Члены его Внутреннего двора с проклятиями бились в силках.

– Сделай это, Сорин! – крикнула Элиза.

– Нет! Не надо! – взревел Сайрус.

Талвин прищелкнула языком.

– Как же ты поступишь, Сорин? Будешь и дальше иссушать медленно истощающийся колодец?

Скарлетт было трудно сосредоточиться на том, что они говорили, поэтому она даже не пыталась понять значения слов. Ее дыхание стало неровным, а тени метались вокруг, ударяясь о стенки вихревой воронки. Ей с трудом удавалось дышать – неужели это тоже дело рук Талвин?

В ловушке. Она угодила в ловушку. Она взаперти. В клетке. Опять. Ей ничего не остается, кроме как беспомощно наблюдать за происходящим. Она посмотрела на Каллана, чьи глаза были широко раскрыты от ужаса. Слоан выглядел разъяренным, сражаясь со своими узами. Финн просчитывал обстановку. Скарлетт перевела взгляд на Элизу и Рейнера, потом на Сайруса, который изо всех сил старался добраться не до Сорина, а до нее.

– Борись! Звезды того стоят! – взревел он, яростно глядя на нее.

Повернувшись, она увидела, что Сорин оказывает сопротивление. Сорин, который ни разу не бросил ее и всегда спасал. Сорин, который пошел за ней в ад и возвращался каждый раз, когда она оскальзывалась и сползала обратно. Сорин, ее свет во тьме. Она вспомнила, как лежала на холодном каменном полу. Вспомнила злобную победную ухмылку, устремленные на нее глаза, наслаждающиеся ее страданиями и мучениями. Только не снова.

Только не снова.

Только не снова.

«Звезды всегда стоят того, чтобы за них бороться».

Вокруг Скарлетт вспыхнуло белое, как звездный свет, пламя, и сковывающий ее вихрь рассыпался на части. Талвин закричала, когда ее отшвырнуло назад и пронесло через весь двор. Удерживающие членов Внутреннего двора толстые корни деревьев ослабли. Тени Скарлетт бережно опустили ее на землю. Ей нужен треклятый клинок. Она побежала по каменистой поверхности двора, отчаянно пытаясь добраться до Сорина, но не проделала и половины пути, а Талвин уже поднималась на ноги. На ее лице отражались шок и ярость.

– Элиза! Дай ей меч! – крикнул Сорин.

Элиза произнесла слова на древнем языке. Она поднялась с земли, как и Сайрус с Рейнером, но никто не смог бы добраться до Скарлетт раньше Талвин.