– Вы отвечаете перед своим народом, – не унимался Накоа. – Когда вы заявили о праве на трон, то взяли на себя ответственность за всех подданных. Отныне они должны быть для вас важнее, чем ваши смертные приятели. По крайней мере, признайте хотя бы тот факт, что понимаете: ваши поступки влияют на всех нас, но вам нет до этого дела. Вы сидите здесь и занимаетесь пустой болтовней, а потом уйдете, оставив нас расхлебывать эту кашу, пока Талвин будет дышать всем в затылок.

Скарлетт уставилась на Накоа, чувствуя, как в ее глазах вспыхнуло пламя. Неожиданно появились ее тени, и температура в комнате резко понизилась.

– Не суди меня, Командующий, ничего не зная о том, кого я оставила, чтобы прийти сюда, – объявила она спокойным тоном, в котором отчетливо звучала ледяная ярость.

– Неужели они важнее, чем ваше королевство и нависшая над ним угроза? – прорычал он.

– Я пришла сюда не ради трона, а вот в Бейлорине остались десятки сирот, десятки невинных детей, за которых я несу ответственность. – Ее голос понизился до гневного шепота. Глаза Накоа округлились, но он остался при своем мнении. – Детей, в которых течет кровь ведьм, оборотней, вампиров и фейри. Детей, которых из-за этого преследуют, похищают и убивают, а трупы бросают гнить в подземелье. Я пришла сюда ради них и обнаружила гораздо больше, чем ожидала.

– Выходит, такова ваша привычка – покидать тех, кто находится под вашей опекой? – усмехнулся Накоа.

На губах Скарлетт заиграла жесткая улыбка.

– Отступись, Накоа, – сказал Сорин. В его тоне звучало предупреждение. Он поднялся на ноги, готовясь встать между ними.

Вокруг рук и ног Скарлетт закружились тени, густые и непроницаемые, скрывшие ее всю, а когда рассеялись, она оказалась в своем ведьминском костюме и кожаной портупее, с Духовным мечом за спиной и вооруженная до зубов.

– Я оставила их на попечении могущественного сына ведьмы и Тени Смерти, под защитой магических заслонов. Они спрятаны в сердце Черного синдиката, где меня воспитывали и обучали и где за ними присматривают самые темные души. Неужели я ошибалась, предполагая, что могу вверить два Двора заботам полнокровных подготовленных воинов-фейри, пока сама отправлюсь на помощь этим невинным в стране, где собственные треклятые дары им недоступны?

Никто не решался двинуться с места и, казалось, даже опасался дышать.

– Ты высказала свою точку зрения, любовь моя, – пробормотал Сорин, кладя руку ей на поясницу.

Элиза оттолкнулась от стены, к которой прислонилась.

– Ты выросла в гребаном Черном синдикате?

– Элине́ была одной из пяти лидеров Совета Черного синдиката. Лорд наемников лично следил за обучением Скарлетт, она тренировалась вместе с Тенью Смерти, – пояснил Сорин и, сделав паузу, бросил на нее вопросительный взгляд. Когда девушка никак не отреагировала, он продолжил: – Она – одна из Призраков Смерти, Дева Смерти.

Скарлетт чувствовала на себе его взгляд, но по-прежнему стояла лицом к Накоа.

– Вот дерьмо, – выругался Сойер себе под нос и повернулся к Брайару. – Ты знал?

Брайар отрицательно покачал головой, не сводя глаз с призрака, в который вдруг превратилась Скарлетт.

– Нет.

– Это объясняет твой стиль боя, – пробормотала Элиза скорее для себя, чем для кого-то еще.

– Меня обучали убийцы и воры, сын ведьмы, дитя ночи и… – Она сделала паузу, прежде чем продолжить. – И сам Лорд наемников. Но, несмотря на тренировки, я все равно попала в плен. А детей по-прежнему похищают, и мне еще предстоит узнать, с какой целью.

– Черт, – недоверчиво ахнул Сайрус. – Ты говорила, что у тебя есть друзья в Черном синдикате, а не что ты выросла там.

– А ты не спрашивал, – откликнулась девушка.

– Она превосходит всех в Синдикате, кроме членов Совета, – невозмутимо пояснил Сорин.

– Раз уж мои мотивы и моя преданность ставятся под сомнение, несмотря на то что я здесь ради тех, кто находится под моей опекой, – подхватила Скарлетт, – я отложу свое отбытие на два дня, чтобы иметь возможность дать всем задания, как треклятая нянька.

За спиной Накоа появился водный портал.

– Иди прогуляйся, командир, – приказал Брайар, в чьем тоне слышалось первобытная властность фейри.

Не говоря ни слова, Накоа повернулся на каблуках и исчез в портале.

Скарлетт оглядела комнату. Смесь страха, уважения и благоговения смешались на лицах друзей, никто не решался заговорить.

– Я встречусь с вами завтра днем.

Не добавив больше ни слова, она шагнула в прореху в ткани мироздания. За ней потянулись тени.