Будет стараться усерднее. Найдет способ сделать так, чтобы связь перестала сопротивляться.

Тесса увидела, как напряглась мышца на его челюсти. Его пальцы, сжимавшие бокал, побелели. Ей показалось, что стекло вот-вот треснет в его руке.

— Тесса, выйди из-за стола, — выдавил он. — Встань у стены позади меня, пока не придет время уходить. Не издавай ни звука.

Она уставилась на него в полном шоке.

— Из-за того, что я уронила вилку?

Слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела их остановить.

Теон резко повернул к ней голову, его изумрудные глаза слегка потемнели.

Нет.

Они не потемнели.

В них клубилась тьма.

— Она отвечает и дерзит тебе? — спросил Вальтер, его голос стал напряженным от ярости. — Клянусь Ариусом, Теон, если она не будет под контролем…

— Она под контролем, отец, — прервал его Теон, в его тоне кипела ярость, когда он оглянулся на него через плечо. А затем снова посмотрел ей в глаза. — Иди, Тесса.

— Те… — она замолчала, его имя застряло у нее в горле. — Я не разбрасывала еду по столу. Я уронила вилку, — возмущенно прошипела она, стараясь говорить тише.

Эвиана оторвала взгляд от своего Хозяина и уставилась на нее, широко раскрыв глаза от ужаса, вызванного ее дерзостью. Крессида потягивала вино, наблюдая за происходящим так, словно Тесса стала главным вечерним развлечением. Аксель смотрел на нее с жалостью, а свирепый взгляд Луки приказывал ей отойти к гребанной стене.

— Теон, — прорычал его отец через стол, и темнота окутала его руки.

— Я разберусь с этим, — отрезал Теон. — Тесса, мы обсуждали, какого поведения от тебя ожидают сегодня вечером. Или отойдешь к стене, или будешь на коленях сидеть у моих ног до конца ужина.

— Ты это несерьезно, — возмутилась она, ее глаза расширились от угрозы.

— Серьезен, как сама Преисподняя мучений Ариуса17, — холодно ответил он.

Встав, он схватил ее за локоть, поднимая на ноги. Он щелкнул пальцем, и появился слуга.

— Уберите стул.

Ледяная ярость разлилась по ее венам. Теон не сводил с нее глаз, пока выполнялся его приказ. Когда стул убрали, он сказал:

— Встань на колени, Тесса! И больше ни слова.

Все его поведение стало собственническим и доминирующим. Когда Тесса опустилась на колени, в ней что-то оборвалось, как в тот день, когда она взывала к богам по дороге сюда. Это было то, что таилось внутри нее, и только один человек мог помочь ей справиться с этим. Ее губы изогнулись в ухмылке, когда она насмешливо прошептала:

— Я смотрю на тебя. Всего на одну ночь. Верно?

— Хватит, — прорычал он, тьма в его глазах заволокла все быстрее.

Вокруг него появился темный туман из теней.

— Теон, — тихо произнес Аксель с другого конца стола, и это, казалось, вернуло Теона к реальности, рассеивая тьму.

— Не вмешивайся в это, Аксель, — прошипел Вальтер.

Когда Тесса опустилась на колени, Теон медленно опустился обратно на свое место, наконец оторвав от нее взгляд.

— Мы действительно должны обсуждать брачный союз за несколько дней до того, как он покинет этот дом? — спросила Крессида, продолжая разговор как ни в чем не бывало. — По крайней мере, когда у него появится жена, они будут жить здесь.

— Я думаю, было бы разумно обсудить возможные варианты потенциальных пар, — возразил Вальтер. — Многие будут с ним в Акрополе. Он мог бы познакомиться с ними там.

Тесса слышала звяканье столового серебра и бокалов, когда они продолжили трапезу, а она смотрела на их обувь и ноги под столом.

Под. Этим. Гребанным. Столом.

Она стиснула зубы, чувствуя, как немеют ноги в туфлях. Она передвинулась, чтобы сесть, что оказалось нелегкой задачей в этом платье. Рука Теона коснулась ее волос, пробежалась по тем прядям, которые остались распущенными, и гребанная связь замурлыкала в знак благодарности за его прикосновение. Ему совершенно все равно, что она сидит на полу в унижении. Его волновало только то, что они соприкасаются, даже если это происходило у его ног.

— Я не думаю, что это нужно обсуждать в ближайшее время, — сказал Теон, накручивая прядь ее волос на свой палец. — Закон гласит, что в любом случае брачные союзы не могут быть заключены в течение года Выбора.

— Это не означает, что в течение года нельзя договориться о каких-либо условиях, — ответил Вальтер. — Я думаю, что у троих из них могут появиться приемлемые Наследники. Я могу показать вам их личные дела завтра.

Теон вздохнул.

— Как пожелаете, отец.

Тарелки убрали, и принесли десерт. Тесса чувствовала себя усталой и беспокойной, сидя на полу. Теон, играющий с ее волосами, раздражал, и она задавалась вопросом: как долго еще будет продолжаться этот ужин?

— Метиас и Павил приедут завтра в десять утра, — говорил Вальтер. — Я хочу, чтобы вы с Лукой присутствовали на встрече, Теон.