Это было ужасно.

Лежа на полу, она обнаружила, что смотрит на безжизненное тело Пен, лежащее напротив нее. Черты ее лица все еще были искажены болью, а тусклые голубые глаза смотрели в никуда. Она только и делала, что преданно служила дому Ариуса на протяжении десятилетий. Сначала на кухне, а потом стала личной служанкой Теона и Акселя.

И он убил ее. Без причины.

Нет.

Не просто так.

Из-за нее.

— Сожги тело и собери пепел, Лука, — сказал Теон странно монотонным голосом. — Мы отвезем его к озеру Синвонс для прощания после церемонии Проявления. Развеем его там, где мы похоронили прах Керис.

Он не смотрел на нее. Никто из них не смотрел. Лука встал, его огонь вспыхнул, когда он подхватил безжизненное тело Пен. Тесса не знала, куда он направляется. Аксель уже исчез. Она даже не заметила, что он ушел.

Теон повернулся и направился вверх по лестнице, а она не была уверена, что ей следует делать. Вот уже несколько недель каждый ее шаг решали за нее. Глубоко вздохнув, она последовала за ним.

Когда она поднялась на третий этаж, то обнаружила, что Теон уже переоделся. На нем были спортивные шорты и футболка с длинными рукавами. В той же одежде он ходил на пробежку. Он зашнуровывал кроссовки, когда она вошла, и даже не остановился, не говоря уже о том, чтобы взглянуть на нее.

Стиснув руки, она слегка откашлялась, прежде чем спросить:

— Ты собираешься на пробежку?

— Да.

— А ты…хочешь, чтобы я пошла с тобой?

— Нет.

И, блядь, она не знала, что ей следовало делать.

— Прости меня, Теон, — прошептала она. — Я знаю, что Пен была… дорога тебе.

— Это случилось не в первый раз. И не в последний, — коротко ответил он, поднимаясь на ноги.

Он сунул телефон в карман, прежде чем взять наушники. Два его кольца пропали, осталось только одно с ониксом, такое же, как у Акселя.

— Теон, мне нужно, чтобы ты сказал мне, что делать, — тихо сказала она.

— Почему? — усмехнулся он. Изумрудные глаза остановились на ней, тени в них были такими густыми, что они казались скорее черными, чем зелеными. — Зачем тебе нужно, чтобы я говорил тебе, что делать? Ты постоянно делаешь прямо противоположное тому, о чем я тебя прошу.

— Я…

Но она замолчала, когда он медленно шагнул к ней, и отступала с каждым его шагом, пока не уперлась спиной в стену. Она ошибалась. Непредсказуемая ярость Акселя была ужасающей. Но холодная, непреклонная ярость Теона…

Это ошеломляло.

Ярость Теона была расчетливой, как и у его отца. Когда он давал выход своему гневу, это было целенаправленно. Это причиняло боль там, где это имело значение. Точно так же, как то, что они были вынуждены наблюдать за пытками Пен, повлияло на них.

Теон обхватил ладонями ее голову, и его голос был низким и слишком спокойным.

— Я говорил тебе, что все, что ты делаешь, отражается на мне, Тесса. Это не должно было стать для тебя сюрпризом.

Она знала, что это ее вина. Но слышать, как Теон произносит это вслух, было невыносимо…

— Прости, — повторила она.

— Я уже говорил тебе, что не нуждаюсь в твоих извинениях и не хочу их. Чего я требую от тебя, Тесса?

— Послушание, — прошептала она.

— Разве я не ясно дал понять, что теперь последствия за неудачу будут более суровыми?

— Предельно ясно.

Несколько долгих мгновений они просто смотрели друг на друга, и тени в его глазах становились все темнее и темнее.

Пока темнота не окутала его предплечья и не окутала его темные волосы, словно ониксовый ореол.

— Ты должна была все исправить, — прошипел он. — Ты должна была сделать все лучше. Помочь нам выстоять против него. Вместо этого, с тех пор как ты вошла в мой мир, в нем не осталось ничего, кроме хаоса.

— Я не просила о том, чтобы быть в твоем мире! — воскликнула она, и что-то внутри нее встрепенулось.

— Ты не могла просто сделать так, как тебе говорили, не так ли? — продолжил он, не обращая внимания на ее вспышку. — Я говорил тебе оставаться с нами все время, а ты уходишь и требуешь, чтобы мы с Лукой спасли тебя. Я говорил тебе, что все, что делаю, я делаю, чтобы защитить тебя, а ты сопротивляешься мне на каждом шагу. Я говорил тебе, не позволяй никому прикасаться к тебе. А ты не только позволяешь другим делать это, но и делаешь это публично, на виду у всех. И теперь Пен мертва.

Тесса отшатнулась, еще сильнее вжимаясь в стену.

— Я знаю, что это моя вина, но…

— Это полностью твоя вина, — прорычал он, и его слова были остры, как кинжал, которым лишили жизни Пен. — Ее смерть напрямую связана с твоими действиями.

— Я пыталась найти для тебя информацию! У нас уже был этот спор, Теон. Ты защищал меня перед своим отцом…