— Давай сначала разберемся с этой частью, а потом будем думать о следующем шаге, — сказал он, все еще держа руку на ее пояснице.

Когда Тесса не стала настаивать, он взглянул на жрицу и слегка кивнул ей.

— Теон Сент-Оркас, наследник королевства Ариуса, ты предстал перед жрицей и попросил первую Метку для своего Источника. Ты подтверждаешь свою просьбу?

— Я подтверждаю, — напряженно произнес Теон.

— Ты понимаешь, что Источник становится твоим и только твоим? Ты берешь на себя полную власть. Как только будет дана первая метка, связь, которая установится между вами, нельзя будет разорвать. Только смерть любой из сторон может положить ей конец, — продолжила жрица.

— Я понимаю, — ответил Теон.

Тесса не могла не заметить, насколько унизительно все происходящее. Эти двое, представители Наследия, говорили о ней как о части собственности, которую он собирается присвоить. Жрица задавала ему вопросы о ее собственном существовании, пока она молча сидела с чашкой шипучей голубой жидкости в руках и зарывшись босыми ногами в ковер, чтобы не выдать волнения.

— Ты признаешь, что связь с Источником связывает вас во всех формах: физически, эмоционально и ментально, что позволяет вам делиться силой и жизнью как единой сущности? — спросила жрица.

— Я признаю, — ответил Теон, разминая пальцы другой руки.

— Да благословит Ахаз это единение, и да вынесет Ариус свой приговор, если они когда-нибудь будут разорваны, — нараспев произнесла жрица.

— Теон Сент-Оркас, кого бы ты выбрал в качестве своего Источника?

— Тессалин Асура.

Желчь подступила к горлу, когда слова сорвались с губ Теона.

— Пусть избранный Источник выпьет тоник, который откроет путь для принятия твоей метки.

Жрица жестом предложила Тессе выпить, и та взглянула на Теона. Его лицо стало бесстрастным, когда он кивнул. Она поднесла бокал к губам, стараясь не вдыхать дым, поднимающийся от бокала. У нее даже не было времени осознать сладкий вкус, потому что жидкость обожгла ей горло, как огонь, когда она попала в него. Ее глаза расширились, и она попыталась отодвинуть стакан, но Теон накрыл ее руку своей, удерживая стакан у губ. В панике она откинула голову назад, но его другая рука легла на затылок, крепко удерживая ее на месте.

Он знал, что так будет.

Их взгляды встретились, и этого было достаточно.

— Пей, Тессалин, — приказал он, и она глотала все больше и больше, пока он поднимал бокал.

Ее желудок горел от скопившейся в нем жидкости, из глаз текли слезы. Комната кружилась, но она едва могла пошевелиться, Теон удерживал ее на месте.

Затем он убрал стакан от ее губ.

— Хорошая девочка, Тесса, — пробормотал он, вытирая большим пальцем каплю с уголка рта и зажимая ее между губ девушки. — Ложись, красавица.

Он опустился на пол перед ней и помог ей закинуть ноги на диван, уложив на бок. Ей удалось подтянуть колени к груди и свернуться калачиком. Это действие потребовало от нее всех сил, на которые она была способна.

— Это больно, — выдохнула она, и новые слезы покатились по лицу.

— Я знаю, что это больно. Но то, что произойдет дальше, будет еще хуже.

Как могло то, что должно было случиться дальше, быть еще хуже этого?

Тессе хотелось, чтобы ее вырвало, но она знала, что это будет так же больно. Она также знала, что они заставят выпить еще один стакан, если ее вырвет от этого.

— У вас есть несколько минут, чтобы завершить первую метку, милорд, — сказала жрица, стоя у него за спиной.

Она протянула ему кинжал, и глаза Тессы расширились от ужаса.

— Приведите Луку, — приказал Теон, забирая кинжал.

Жрица пересекла комнату, и Тесса услышала, как открылась дверь сквозь шум в ее голове. Но ее взгляд был прикован к Теону с кинжалом. Она не знала, что должно было произойти, но знала, что Теон не лгал. То, что предстояло, будет куда страшнее того тоника, который она только что с трудом проглотила.

Лука появился в поле ее зрения, и она задрожала, когда он подошел к ней.

— Держи ее, Лука, — приказал Теон, поднося кинжал к ладони.

Большие руки Луки легли ей на плечи и бедра, но он не смотрел на нее.

— Пожалуйста, Лука, — взмолилась она, цепляясь за последнюю надежду.

Она ничего не знала об этом Наследнике. Но, если Теон не остановится, возможно, Лука остановил бы его ради нее.

— Не позволяй ему этого делать.

— Прости меня, малышка, — сказал он едва слышно.

Ее взгляд вернулся к Теону, у которого по руке текла кровь из пореза на ладони. Лука убрал руку с ее плеча и схватил за правое запястье, протягивая руку Теону. Своей окровавленной рукой он сжал ее руку, приставив кончик кинжала. Лезвие было таким темным, что, казалось, поглощало мягкий свет комнаты.