— Я бы точно сказала, что это невозможно, — вскипела Тесса. — Ты думаешь, что готов к этим тестам, но это не так. Они никогда не бывают одинаковыми.

— Значит, ты пыталась подготовиться к ним? Почему? Если они только для того, чтобы оценить твою стихию, зачем тебе нужно было готовиться?

— Ты знаешь, что они делают на этих тестах? — спросила она, крепче сжимая бутылку с водой.

Снова пошел дождь. Крупные капли застучали по стеклянным панелям вокруг нее.

— Да, — коротко ответил Теон.

— Ты действительно так думаешь? — снова спросила она, не потрудившись сдержать свой гнев в этот момент. — Потому что, если бы ты это знал, то понял бы, почему мы пытались подготовиться к ним. Ты бы знал, что эти тесты предназначены для того, чтобы подтолкнуть к грани срыва, чтобы увидеть, какая магия заложена в нас. Ты бы знал, что я терпела физическую боль до потери сознания, но исцелялась ровно настолько, чтобы продолжать. Ты бы знал, что меня заставляли смотреть, как тех, кто мне больше всего дорог, пытали у меня на глазах, и я подвергалась пыткам на их на глазах. Ты бы знал, что однажды они убедили меня в том, что у меня есть родители, братья и сестры, что у меня есть гребаная семья, которая любит меня просто потому что я дышу. Но когда я не смогла проявить стихию по команде, они убили членов моей мифической семьи, пока не осталось ни одного. Затем ругали меня за то, что я подвела свою плоть и кровь, пока я не захотела покончить с собой. Ты бы знал, что они наслаивают горе, боль и ярость друг на друга. Они делают все, что в их силах, чтобы вытащить из нас магию, и ради чего? Чтобы Наследники просто могли составить хорошее представление о том, какая стихия у нас будет, когда мы проявимся. Чтобы они могли найти наилучший способ использовать нас.

В комнате повисла напряженная тишина, когда Тесса замолчала. Внезапно вспыхнула молния, за которой последовал раскат грома, от которого задрожали окна. Тесса вздрогнула от внезапного звука и снова отвернулась к окну.

— Во время тестирования ты не сосредотачиваешься на том, чтобы контролировать какую-то стихию, — тихо сказала она, наблюдая в темноте за падающим дождем. — Ты слишком занят, пытаясь отделить ложь от реальности. Ты слишком занят, пытаясь не сломаться настолько, чтобы тебя нельзя было исправить. Но это невозможно. Ты всегда ломаешься. Мы помогаем друг другу склеить осколки, но они никогда не встают на место так, как раньше. Части тебя никогда не соединяются так, как прежде. В конце концов, ты перестаешь помнить, каково это — не чувствовать себя разбитым и израненным. Пока, в конце концов, ты не станешь всего лишь оболочкой того, кем был когда-то. Но ты знаешь, что пути назад нет. Поэтому ты просто двигаешься вперед, даже если песня смерти с каждым разом звучит все слаще и слаще.

Тесса погрузилась в воспоминания о своих тестированиях. Она вспомнила, как они вшестером сидели в комнате Корбина и Лэнга, все на одной маленькой кровати после жестокого тестирования. Декс крепко прижимал ее к себе, а Брекен крепко сжимала ее руку. Когда тестирования стали проводиться сезонно, они напивались каждый вечер после сдачи тестов. В те ночи она оказывалась в постели смертного, пытаясь забыть все, что пережила за день. Ища любой способ убежать от всего этого. Жрицы всегда исцеляли их от любых физических травм, которые они получали во время тестов. Но душевные раны зарубцовывались, часто вскрываясь в неподходящие моменты. Невидимые отметины гораздо страшнее любых видимых.

— Подойди и посиди со мной, Тесса. — голос Теона слегка смягчился.

Тесса, обернувшись, увидела, что он сидит на диване. Аксель и Лука начали свою игру, Лука готовил удар, а Теон разложил стопку папок рядом с собой.

— Я бы предпочла лечь спать, — сказала она, больше всего на свете желая свернуться калачиком под грудой одеял и уснуть, чтобы не чувствовать.

— Чуть позже, — ответил Теон. — Сначала подойди и посиди со мной немного.

Тесса неохотно освободила свое место у окна и села рядом с ним, положив ногу на ногу. Он молча протянул ей одеяло, прежде чем обнять ее и прижать к себе. Она мгновенно почувствовала себя спокойнее, когда связь успокоилась, довольная тем, что находится рядом с ним, и вздохнула. Она ненавидела, что он мог успокоить ее простым прикосновением, и все из-за дурацкой отметины на ее руке.

Теон раскрыл одну из папок, лежащих рядом с ним, и начал просматривать содержимое. Аксель и Лука погрузились в свою игру, между ними тремя завязался легкий разговор. И, прежде чем она осознала это, ее глаза начали закрываться.

Они явно подумали, что она спит, когда Аксель сказал:

— Ты же знаешь, что это она создала ту расщелину, верно?

— Похоже на то, — мягко ответил Теон.