— В какой-то степени. Но по большей части она меня спасла.

— В каком смысле?

— Ты знаешь, каково это — иметь всё. Больше денег, чем ты можешь потратить за десять жизней. Никогда не нужно беспокоиться о стоимости, когда решаешь, что что-то хочешь. Когда все вокруг целуют тебя в задницу и просят об одолжении. Это надоедает.

Он говорит правду, но опять же, почему бы и нет? Карас был миллиардером, сколотившим состояние своими руками, дольше, чем я. Моё богатство было частично унаследовано, а затем выросло в результате тщательного взращивания моего гнева и плана мести.

— Грёбаные мужики, — говорю я, салютуя виски.

— И тебе известно, каково это — встретить женщину, которая прекращает скучное однообразие всего, что передаётся тебе по первому требованию или даже до того, как ты можешь подумать чего хочешь. Я видел, как ты смотрел на Инди, когда она говорила что-нибудь остроумное или умное. Ты выглядел впечатлённым. Даже гордым. — Карас делает глоток, теперь выражение его лица стало задумчивым, когда он перешёл на неловкую личную тему.

— К чему ты клонишь? — спрашиваю я, когда мои пальцы сжимают бокал в руке так сильно, что он чуть не раскалывается.

— Я хочу сказать, что, когда ты находишь женщину, которая даёт тебе повод проснуться утром, больше, чем просто заработать деньги, которые ты никогда не сможешь потратить — ты, блять, держишься за неё обеими руками.

— Я уже всё испортил. Она не сможет уйти от меня достаточно быстро.

Карас откидывается на спинку стула и кладёт ноги на оттоманку, прежде чем бросить на меня искоса взгляд.

— Если ты думаешь, что я не облажался и не заставил Холли уйти, ты явно меня сильно переоцениваешь. Я сделал это. И сделал это в настоящей эгоцентричной манере миллиардера. Я поставил её в конец списка своих приоритетов. Считал само собой разумеющимся, что она всегда будет ждать, до тех пор, пока будет удобно мне. И ты знаешь, что произошло?

— Что?

— Я, блять, потерял её. — Он делает ещё глоток, пока я пытаюсь собрать воедино его историю.

Учитывая, что Карас и его жена вместе, никогда бы не подумал, что он настолько сильно всё испортил, чтобы потерять её. Это кажется невозможным.

— Но ты вернул её…

Карас садится прямее. На его лице появляется кривая ухмылка.

— Конечно. Я не долбанный идиот.

— Как?

— Я разыскал её и умолял простить меня за то, что я был таким придурком. Я сделал её мечты, цели и желания центром своего мира. Я сделал её центром своего мира. Если бы ты сказал мне, что солнце не встает и не садится над изгибами идеальной задницы моей жены, я бы сказал, что ты чёртов лжец. Плевать, что люди говорят или делают, или какая на кону выгодная сделка. Всё это на втором месте после неё

Я слышу всё, что он говорит, но, похоже, это полностью расходится с тем человеком, которого я знаю.

— Ты хочешь сказать, что я должен отказаться от сделки с Фёдоровым, чтобы что-то доказать?

Карас усмехается над краем стакана.

— Надеюсь, до этого не дойдёт. Но если она собирается уйти, то не из-за этой сделки. А потому, что ты не стал выяснять, что для неё важно. Ты не слышал её слов о том, что ей нужно для счастья.

— Ты знаешь, что звучишь как дурацкая книга «Помоги себе сам», верно? — я опускаю пустой стакан на стол между нами и сдвигаюсь вперёд.

— Отвали, Фордж. Я знаю, о чём говорю. Только один из нас счастлив в браке и имеет самую прекрасную дочь в мире, которая никогда не будет встречаться, пока я не умру и не буду похоронен, потому что ни один мужчина никогда не будет достаточно хорош для моей Розы.

Выражение лица Караса смягчается, когда он говорит о своей дочери. Не могу не думать о том факте, что Инди и я не использовали защиту. Из-за своего дерьмового детства до неё я никогда не думал, что буду не против иметь детей. Но теперь я могу представить Инди с маленькой девочкой, которую она учит блефовать в покере. Или себя с маленьким мальчиком, которому я помогаю научиться ловить рыбу с пирса на острове.

Внезапно я чертовски завидую тому, что Карас имеет. Семью.

Исаак говорил мне, что я его семья, а семья всегда на первом месте. Как я мог забыть о чём-то настолько существенном и важном? Как я так сильно всё испортил?

Я должен всё исправить. У меня нет выбора. Я не могу её так отпустить.

— Что мне делать? Как мне спасти эту ситуацию?

— Во-первых, — произносит Карас, вставая, чтобы войти в пентхаус. — Это не ситуация. Это твой брак. И поздравляю, теперь он твой главный приоритет. Он требует больше усилий, чем всё, что ты делал в своей жизни, включая создание судоходной империи почти с нуля до самой большой в мире.

— Кстати, у тебя прекрасно получается продавать это.