На секунду я вся внутри сжимаюсь и чувствую себя той глупой и наивной Ивой, которой была раньше. Но я быстро беру себя в руки.

— В паре не может быть виноват один, Смолин. Так не бывает. Ты сначала приучил меня к себе, а потом… поставил как трофей на полочку и вернулся к своей прежней жизни. Потрахивал, когда тебе хотелось. Наряжал красиво, чтобы похвастаться перед друзьями, но не более того. С моим появлением в твоей жизни ничего кардинально не изменилось. Я не стала для тебя приоритетной. Более того, ты даже не удосужился рассказать о своей жене и защитил ее в тот момент, когда в защите нуждалась я. Но и я тоже дура. Всё надеялась на что-то, ждала, что вот-вот всё изменится. Моя измена — это не причина нашего раскола. Это следствие. Я могла переспать с Наилем гораздо-гораздо раньше, но не делала этого, пока… Мы всё окончательно не разрушили.

— Всё было совсем не так, Ива. Я влюбился в тебя как дурной. Но это не значит, что нужно полностью перекраивать всю свою жизнь. Это инфантилизм в чистом виде. Я никогда тебя не обижал и старался сохранять баланс в наших отношениях.

— Баланс? В чем? Ты выбирал бывшую жену, дочь, друзей, работу, а не меня. И в чем же здесь баланс?

Я чувствую, что начинаю заводиться. Злость уже кипит в жилах. Тот пласт боли и грязи, который лежал на дне моей души, по сантиметру поднимается на поверхность. Не хочу к нему прикасаться. Не хочу ничего вспоминать.

Макс несколько долгих секунд сверлит меня тяжелым взглядом, затем поднимается со своего места и уходит к окну.

— Я всё сказал, Ива. Бросишь его и всё закончится.

— Как я могу верить, что ты не обманешь?

— Никак. Правила здесь диктую я. Ты либо их принимаешь, либо нет. Ни в чем убеждать я тебя не собираюсь.

Я мажу взглядом по спине Макса, встаю и молча ухожу. Голова начинает болеть, пока я спускаюсь в лифте. Мне нужно всё хорошенько обдумать. Знаю, Наиль будет взбешен, но, если мы на год хотя бы скроемся, а потом… Может, Макс окончательно переключится на свою безотказную помощницу? Не знаю.

Пока еду домой, варюсь в сомнениях и размышлениях. Осадок после разговора с Максом остается гадкий и горький. Непроизвольно веду плечами, чувствую себя вываленной в грязи. Как я могла делить одну постель с этим человеком, до сих пор не понимаю. Он готов разделаться со мной так же, как и с любым другим своим конкурентом. Никаких поблажек, только хирургическая хладнокровность. А утверждал, что влюбился в меня как дурной. Ложь.

Когда я выхожу из машины, замечаю у подъезда Адиля.

Отодвигаю в сторону все свои негативные эмоции и стараюсь добродушно ему улыбнуться. С семьей Наиля дела обстоят не лучше, но вдруг удастся расположить его старшего брата. Вдруг он займет нашу сторону?

— Добрый день. Вы к Наилю? Его сейчас нет дома, но мы можем подняться в квартиру и подождать его там.

— Я пришел к тебе, Иванна. Разговор серьёзный есть.

Два серьёзных разговора за день — это слишком. Но когда было легко? И будет ли? Наиль обещает, что — да. А я… Не могу потешить себя иллюзией. Не так устроена.

— Хорошо. Может, всё же поднимемся?

— Нет, поговорим у меня в машине.

Ива

В машине Адиля пахнет чем-то сладко-тяжелым. Салон пусть и просторный, но мне в нем отчего-то становится тесно. Я сохраняю на лице спокойствие и ни одним своим движением или взглядом не показываю, что мне здесь неуютно.

— О чем вы хотели со мной поговорить?

Интуиция подсказывает, что ничего хорошего я точно сейчас не услышу.

— О своем брате.

Адиль в мою сторону не смотрит. Я тоже стараюсь удерживать свой взгляд на невидимой точке в лобовом стекле. Это немного, но облегчает ситуацию. Не нужно так натужно удерживать маску спокойствия на лице и следить за каждой своей эмоцией, которую можно уловить в моих глазах.

— Что с ним?

— С ним пока что всё в порядке. И может стать еще лучше, если вы исчезните из его жизни.

Мне хочется засмеяться, потому что нечто подобное я часом раннее уже услышала от Макса. Все вокруг нас как будто сговорились.

— Простите, но это уж вряд ли.

— Его, конечно, первое время пошатает, а потом он успокоится. Наиль всегда думает не головой, а сердцем, из-за чего успел наделать огромное количество ошибок. Вы — одна из них.

Это звучит унизительно и… больно.

— Странно, что сам Наиль мне о таком никогда не говорил.

— Потому что до конца не понимает, что делает. Я не хочу вас обидеть, Иванна. Не хочу оскорбить или поссориться. Но вы должны понять, что у вашей… связи нет будущего.

— Мне не пятнадцать, Адиль. Не нужно меня пугать условным ужасным будущим. Оно только в наших руках и только нам решать, какое он будет.