– Я услышал тебя. А теперь, когда ты не понимаешь по-хорошему, я преподам тебе урок. Надеюсь, ты усвоишь его и больше не будешь разговаривать со мной в непозволительном тоне.

Последнее, что я вижу – Эванс замахивается. Перед глазами все становится красным, и я срываюсь с места. А дальше ярость поглощает меня, как зыбучие пески, и я не могу из нее выбраться.

Кимбирли

К сожалению, я догадывалась, что сегодняшний вечер закончится выговором от моего отца. К сожалению, я догадывалась, что он поднимет на меня руку после не первого бокала виски. Но последнее, к чему я могла быть готова – к тому, что из ниоткуда появится Кэш.

Точнее, это был не Кэш.

Это был демон похожий на него.

Разъяренный, кипящий и настолько взбешенный, что у меня замерло сердце, когда я увидела его в холе особняка. С нечеловеческой силой он оттолкнул от меня моего отца, перед этим ударив его по лицу.

Наверное, в то мгновение я не могла нормально воспринимать происходящее. Кажется, будто мой мозг отключился, и я пропустила момент, когда Кэш с пугающим хладнокровием начал угрожать отцу. Я не помню все, что он говорил, но слова "домашнее насилие" и "уголовное обвинение" отчетливо засели у меня в голове. Как и тяжесть взгляда отца, когда он велел Кэшу убираться из его дома, иначе он вызовет полицию.

Скорее всего, его властный тон подействовал бы на других людей. Я сама готова была убежать прочь. Но я представить не могла, что Кэш мужественно скажет, что никуда не уйдет. Он заявил, что лучше проведет несколько часов за решеткой, чем оставит меня наедине с моим отцом. В ответ тот принялся осыпать Кэша проклятиями и ругательствами.

И тогда я не выдержала. Я сделала то, что никогда бы не сделалапослушная дочьКимберли Эванс.

Я сказала отцу, если он прогоняет Кэша, то я уйду вместе с ним. И больше никогда не вернусь.

Возможно, в тот момент на меня повлиял Кэш. Возможно, в тот момент я погорячилась. Но мой отец не стал со мной спорить. Он лишь пренебрежительно произнес:

– Раз ты хочешь стать грязной подстилкой Аматорио, я не стану тебя отговаривать.

Потом он сравнил меня с моей мамой, и в его тоне уже не было злости. В нем было лишь разочарование и презрение.

И вот спустя час я оказываюсь там, где не рассчитывала оказаться. Во всяком случае, при таких обстоятельствах.

Я сижу на краю кровати в спальне Кэша и просто… не могу поверить в происходящее. Мой отец зарядил мне пощечину, а потом обозвал грязной подстилкой.Это действительно случилось со мной?

– Я принес воды.

Я слышу, как закрывается дверь, шаги становятся ближе, и спустя секунду рядом со мной встает Кэш. На нем темная толстовка и черные джинсы. В одной руке он держит аккуратно сложенную стопку одежды, а в другой стакан воды.

– Спасибо, – отвечаю я тихим хриплым голосом.

Я беру стакан и делаю глоток, пока Кэш оставляет на кровати рядом со мной вещи. Это серые спортивные штаны и белая футболка в несколько раз больше моего размера. Я уже мечтаю их надеть. Больше не минуты не могу выносить мое платье.

– Сначала я думал спросить какие-нибудь тряпки у Грейс. Но потом решил, что возможно тебе будет неудобно, если она узнает, что ты у меня… ночуешь.

Я поднимаю взгляд на лицо Кэша, собираясь в очередной раз его поблагодарить. Он прав. Я бы предпочла, чтобы никто не был в курсе, что я остаюсь у него.

– Ну и еще мне хочется посмотреть на тебя вмоихшмотках, – говорит Кэш, и его губы подергиваются в слабой улыбке.

Он садится рядом со мной на кровать, и, как обычно, я ругаю реакцию своего тела на его близкое присутствие. Но мои вздохи все равно становятся глубже.

Дыши спокойно, Кимберли.

Желая на что-то отвлечься, я осматриваю комнату. Это типичная спальня парня, и к, моему удивлению, она чистая и аккуратная. Темное покрывало на кровати, такого же оттенка плотные шторы, огромное пространство поделено на рабочую зону и зону отдыха. В одной из стен встроенный шкаф с отделкой под старое черное матовое дерево, а на другой висят несколько фотографий. На всех снимках Кэш в окружении своей семьи, и нет ни одного, где он со мной.

Горечь пробивает мою броню и поселяется в сердце. Я точно помню, что у Кэша были наши совместные фотографии. И я точно помню, что несколько из них висело в его спальне перед тем, как мне пришлось уехать.

Безусловно, это не конец света. Но мне приходится держаться невозмутимо. Я заставляю себя оставаться спокойной, несмотря на желание накинуться на Кэша с расспросами: почему он избавился от фотографийсо мной?

– У тебя уютная спальня, – я делаю еще один глоток, стараясь запить свою обиду. – Мы же не собираемся спать вместе?

Я вижу, как Кэш изгибает темную бровь. Вероятно, он неправильно расценил мои слова.

– Я имела в виду: мы же не будем спать вместездесь, – я указываю на кровать королевских размеров. – Ты уйдешь в гостевую комнату или что-то вроде того?