Но все-таки он промахивается, пропуская последний метеорит. В итоге все заканчивается тем, что ему отдают один из утешительных призов. Кэш отказывается от него и собирается взять реванш, но я решаю вмешаться:

– Я тоже хочу пострелять.

– Серьезно? – недоуменно спрашивает меня управляющий, и на него хмуро зыркает Кэш.

– Разве ты не слышал, что она сказала, гребаный сексист?

С этими словами он уступает мне место за стойкой. Я встаю около Кэша, чувствуя на себе его взгляд, пристально следивший за каждым моим действием. Я беру автомат и заглядываю в прицел, наблюдая за двигающими метеоритами. Вновь раздается гонг, объявляющий о начале стрельбы.

Я выбиваю мишени одну за другой. Постепенно их скорость увеличивается, и метеориты перемещаются быстрее и быстрее. Неудивительно, что Кэш промахнулся и не попал в последний.

Вскоре я не оставляю ни одного двигающегося метеорита. Огоньки загораются и начинают моргать, звучит победная музыка. Управляющий застывает в шоке, но его приводит в чувство Кэш, когда требует, чтобы он проснулся и вручил приз. Мне отдают плюшевого медведя, и я решаю отдать его маленькой девочке, которая стояла в очереди за нами вместе со своими родителями.

– Ким, ты была… – Кэш замолкает, вероятно подбирая слова, когда мы идем дальше по парку. – Черт, ты выглядела горячее Лары Крофт. Я солгу, если скажу, что у меня не встал на те…

Я перевожу на него сердитый взгляд, и Кэш меняет тему.

– Где ты научилась стрелять? – спрашивает он, и на этот раз тему меняю я.

– Давай посетим «Дом Ужасов»?

Без лишних вопросов Кэш соглашается, и следующие полчаса мы пробегаем по комнатам и коридорам от актеров, переодевшихся в монстров и зомби. Надо отдать им должное, они весьма стараются, чтобы нас испугать. Атмосферу дополняют обветшалые полы и стены со старомодными обоями в цветочек, кровавыми разводами и надписями с угрозами.

В какой-то момент свет мерцает, а потом окончательно гаснет. Все погружается в непроглядную тьму, и несколько девушек, которые зашли в дом вместе с нами, принимаются громко визжать из соседних комнат.

– Тебе страшно? – спрашивает Кэш.

От его низкого голоса, прозвучавшего в темноте, все мои волоски на теле встают дыбом. Я замираю в коридоре на втором этаже, Кэш стоит позади меня. Я чувствую его присутствие за спиной так же отчетливо, как бешено колотящееся сердце.

–Ты думаешь я боюсь? – фыркаю я, стараясь проглотить ком, застрявший в горле. – Со мной случались вещи гораздо страшнее.

В это мгновение до моих ушей доносится потрескивание старых деревянных ступенек на лестнице. Я задерживаю дыхание и прислушиваюсь. Шаги становятся громче и громче, заставляя напрячься мою каждую мышцу. И за несколько секунд до того, как к нам поднимется монстр или зомби, Кэш тащит меня в одну из комнат.

Он закрывает за нами дверь и оттесняет меня в дальний угол, пряча за ширму. Он зажимает меня в углу, его высокая фигура возвышается надо мной и скрывает от всего остального. Я поворачиваюсь и вижу надпись на стене, которую можно прочитать из-за наружного освещения, проникающее через окно.

«Беги»

Я перевожу взгляд на Кэша, он подносит палец ко рту. Я смотрю на его мягкие губы с плавным изгибом на верхней губе. Интересно, Кэш так же целуется, как и раньше? Его поцелуи все так же будоражат и заставляют забыть обо всем?

Жар скапливается у меня в животе. Кэш все еще прижимается ко мне, мое лицо практически утыкается в его твердую грудь. И я вновь чувствую то, что возникает каждый раз, стоит нам оказаться близко и наедине.

Магнитное притяжение, от которого пульсирующее желание тянется между бедер. Оно буквально искрится в воздухе и возрастает с каждой секундой. Я не знаю, куда мне деться от синих, пронизывающих глаз Кэша, которые скоро просверлят во мне дыру.

Я опускаю голову, но он подносит к моему подбородку указательный палец и поднимает лицо, не желая прерывать зрительный контакт. И как будто этого становится мало, Кэш проводит рукой по щеке, лаская подушечками пальцев мою кожу. На его лице появляется печальная улыбка, когда его палец останавливается всего лишь в нескольких дюймов от моих губ.

– Черт возьми, какая же ты красивая, – хриплым шепотом произносит он.

Дальше он наклоняет голову. Я знаю, что за этим последует. По всем законам книг или фильмов он должен меня поцеловать. И я не могу от него отодвинуться. Не могу пошевелиться. Притяжение между нами слишком велико, чтобы избавиться от него.

Кэш наклоняется еще ближе, и его дыхание уже смешивается с моим. Я осознаю, что еще секунда, и мы поцелуемся.

В следующее мгновение ручка двери поворачивается. А затем дверь раскрывается с жалобным скрипом. Я не могу рассмотреть, кто заходит в комнату из-за широкой груди Кэша. Слышу приглушенные шаги по деревянным половицам, и мне кажется, что кто-то вот-вот окажется рядом с нами.