– Я выгляжу так, будто собираюсь тебя обмануть? – Гаспар осуждающе качает головой и продолжает с той же невозмутимостью. – Как ты мог заметить, компания на фотографии собралась достаточно своеобразная. На каждого из них можно достать много информации. Статьи в газетах, публикации в интернете, даже интервью с репортерами. Но вот про Рене, – Гаспар снова указывает пальцем на Ким.

– Это не Рене, – возражаю я. – Называй ее Кимберли.

– Про нее ничего нет. Никакой истории, никаких фотографий, – продолжает Гаспар. – Непонятно, откуда она взялась, и как появилась. После этого мне стало интересно, и я начал копать еще глубже. Три года назад на Фрэнка Гросса было совершено покушение. Каким-то удивительным образом он остался жив. И это произошло именно в тот момент, когда пропала Кимберли.

– При чем тут исчезновение Ким и Фрэнк Гросс?

– Я не поверил в такое совпадение, – отвечает Гаспар таким тоном, словно ему приходится объяснять очевидное. – Видимо, в момент исчезновения Кимберли что-то произошло. То, что могло сблизить этих двоих.

– Что за чушь собачья? Что может сблизить Ким и гангстера, занимающегося контрабандой оружия и наркотиков?

– Я начал отслеживать все перемещения Фрэнка Гросса. После покушения он несколько месяцев проходил реабилитацию в Германии в частной клинике. Затем он переехал в Австралию. В Мельбурне ему принадлежит недвижимость: вилла, которую он приобрел достаточно давно. После лечения в Германии Фрэнк там обосновался. За это время он совершал легальные деловые поездки в Америку. В частности, в Нью-Йорк и Бостон. Насчет других стран сказать не могу, так как у меня нет такой информации. Но Фрэнк все время возвращался в Мельбурн.

– Я все еще не понимаю, черт возьми, при чем тут моя Ким и Фрэнк Гросс.

Гаспар показывает на конверт, и я достаю из него документы. Это чеки международных расчетов, квитанции, копии договоров и прочая подобная хрень.

– Что это? – спрашиваю я.

– Мы подобрались к самому интересному. Это международные отправления, которые присылали Фрэнку из Америки на адрес его виллы в Мельбурне. Я не думал, что найду здесь что-то достойное моего внимания. В основном это были отчеты, квитанции заказов из интернет-магазинов и другая мелочь. Но одно отправление показалось мне интересным.

Гаспар делает глоток кофе и с сожалением смотрит на стаканчик, когда напиток заканчивается.

– Ты помнишь, когда день рождения у Кимберли? – неожиданно спрашивает он, и я уверенно киваю.

– В прошлом году ровно за три дня до дня рождения Кимберли кто-то отправил ей посылку, – произносит Гаспар. – Адрес отправителя – это твой адрес, Кэш.

– Ты уверен? – спрашиваю я.

– Тут не может быть ошибки. Посылка, отправленная с твоего адреса, была вручена для Рене Гросс, – Гаспар задумчиво постукивает пальцами по документам. – К сожалению, мне не удалось узнать, кто отправил посылку. Но похоже, кто-то из твоей семьи все это время знал, где находится Кимберли.

– Это точно не Десмонд. В это время он был во Франции. И это точно не мой отец, иначе он бы давно мне сказал. Остается только… – я замолкаю и качаю головой.

Твою мать. 

Грейс конченая сука. Она обо всем знала. И скрывала от меня…

Я пытаюсь избиваться от тех образов, в которых убиваю сестру, и перевожу взгляд со сосредоточенного лица Гаспара на фотографию.

– Что Ким здесь делает? – спрашиваю я.

– Она пришла на похороны Найла Моргана. Он был сыном Филлипа Моргана. Это друг семьи Гросс и крупный бизнесмен в Нью-Йорке. Найл должен был жениться, но его убили за месяц до свадьбы. Его бывшая девушка напала на него и нанесла несколько ранений, несовместимых с жизнью. Ее адвокату удалось вытащить ее под залог, и в этот же день она была убита в собственном доме. Но дело о ее убийстве не сдвинулось с мертвой точки.

– Не повезло парню, – шепчу я.

– Кэш, это не просто ПАРЕНЬ, – произносит Гаспар, делая ударение на последнем слове. – У Найла должна была состояться свадьба, а его невеста была…

Гаспар указывает на Ким.

– Он должен был жениться на Рене Гросс. То есть, Кимберли.

Я смотрю на фотографию Ким, и если бы не сидел, то непременно бы свалился на землю. Я прерывисто дышу и хватаюсь за сердце, как в какой-то долбанной малобюджетной мелодраме. Оно так быстро бьется, что вот-вот сломает мои ребра. Я умоляю его хотя бы на секунду просто остановиться. Пульс стучит отбойным молотом в ушах, заставляя воспоминания оживать на моих глазах.

Ким с замиранием смотрит на меня, когда я приближаюсь в темноте к ее кровати… 

Ким в моих объятиях, когда я читаю ей книгу и осторожно вдыхаю ее аромат, иначе мне сорвет крышу…

Ким улыбается мне с трибун, когда я выхожу на поле. Я уже знаю, что одержу победу, потому что она здесь… 

Ким плачет и отвешивает мне пощечину, а затем разворачивается и убегает от меня. Я смотрю ей в след, и все внутри меня рвется отправиться за ней. Но я остаюсь на месте, убеждая себя, что так будет лучше....

От последнего образа мое сердце останавливается.