Когда Гаспар назвал имя Ким по телефону, я больше не мог вынести ни одной секунды ожидания. Вот и сейчас я несусь по расчищенной от снега дорожке и выхожу к пруду, покрытому льдом.

В нашу последнюю встречу с Гаспаром было намного теплее. По воде плавали утки и лодки с туристами, а я всегда слышал одно и то же.

Мне нечем тебя порадовать, Кэш. 

Никакой новой информации. 

Местонахождение Кимберли Эванс по-прежнему неизвестно. 

Но сегодня Гаспару есть, что сказать про Ким. И от этого мое сердце стучит так сильно, что у меня вот-вот случится гребаная аритмия.

Я долго ждал этого дня. Так долго, что не могу держать себя в руках. От напряжения меня пробирает легкая дрожь.

Я нахожу Гаспара сидящим на скамейке рядом с прудом. На нем темно-серый костюм и пальто, в руках пластиковый стаканчик с кофе, а на коленях лежит конверт. Полагаю, в этом конверте хранится вся моя жизнь.

Я протягиваю для приветствия руку, и Гаспар ее пожимает.

– Давно не виделись, – его внимательный взгляд оценивающе пробегает по мне сверху вниз. – По правде говоря, выглядишь неважно.

– На то есть причина, – присаживаюсь рядом с ним и произношу в нетерпении. – Давай сразу к делу.

– Как скажешь.

Гаспар берет конверт и отдает его мне.

– Думаю, тебе лучше увидеть это самому.

Не теряя времени, я открываю конверт. Внутри документы и несколько снимков. Я вынимаю первую фотографию и смотрю на нее.

О, черт.

Я вижу Ким, и невыносимая горестная тоска по ней мгновенно наполняет все мое тело и душу.

Я мог только догадываться, насколько сильно она изменилась за три с лишним года. Но я даже предположить не мог, насколько Ким стала красивой.

Точнее, не так.

Слово «красивая» и близко ей не подходит.

В школе она была, как чистый неограненный алмаз. А сейчас Ким королева среди бриллиантов. Хрупкая, утонченная, неземная.

На снимке ее лицо выделено крупным планом. Ее светлые волнистые волосы рассыпаны по плечам. Сияющая кожа с россыпью моих любимых веснушек. Ее аккуратные полные губы приоткрыты, а глаза…

Я провожу пальцем по фото, будто ласкаю ее лицо. Почему у Ким такой взгляд? Он не просто печальный и скорбный. Ким смотрит куда-то перед собой, словно она полностью потеряла надежду.

Некоторые образы преследуют нас всю жизнь. И я отчетливо помню взгляд Ким в нашу последнюю встречу. В ее глазах застыла боль, но на снимке они далеки от того, что я видел. На снимке ее глаза пустые, будто лишенные жизни.

Я чувствую себя жалким куском дерьма. Ким далеко от меня, а я… Я не могу ее защитить. Не могу ей помочь.

Сделав глубокий вдох, я достаю еще один снимок. На этот раз Ким в таком же ракурсе и с таким же взглядом, но без увеличения. Теперь я вижу, как она стоит в окружении людей в черных одеждах. На Ким также черное платье, прикрывающее плечи и руки.

– Откуда у тебя эти снимки? – спрашиваю я у Гаспара.

– Около месяца назад меня наняли расследовать одно дело в Нью-Йорке. Я просматривал фотографии с различных мероприятий и на одном из них увидел девушку, очень похожую на Кимберли. Не знаю, хочешь ли ты быть осведомлен о ней сейчас или нет. Но я решил копнуть глубже… – Гаспар замолкает, чтобы сделать глоток кофе.

– Гаспар, не тяни. Продолжай, – требую я.

– Этот снимок был сделан на кладбище в Нью-Йорке. Вот этот мужчина, – Гаспар указывает на фотографию, где рядом с Ким стоит мужчина средних лет в черном костюме. – Это Фрэнк Гросс. Может быть, ты про него слышал. Он довольно известен в Бостоне. Несколько раз его обвиняли в контрабанде оружия и незаконном обороте наркотиков. А справа от него, – Гаспар показывает на высокого темноволосого парня около двадцати пяти лет на вид. – Это Киллиан Гросс – сын Фрэнка, его наследник и правая рука. Рядом с ним – Эйслин Фэллон. Она внучка Грэга Фэллона. Мистер Фэллон больше известен, как…

– Грэг Молот, – мрачно заканчиваю я вместо Гаспара.

– Верно, – он кивает. – А вот эта девушка, поразительно похожая на Кимберли – Рене Гросс. Дочь Фрэнка Гросса.

У меня в голове кружатся мысли. Контрабанда оружия и наркотиков… Грэг Молот… Фрэнк Гросс… Его дочь…

– Ты лжешь, – я тычу снимком Гаспару в лицо. – Я не могу перепутать Ким с другой. Это она.

– Имя девушки на фотографии Рене, – настойчиво повторяет Гаспар. – Рене Гросс.

Не знаю, зачем он выдумал подобную хрень, но это не может быть правдой. Я ему не верю. Ким бы никогда не смогла связаться с такими людьми.

– Ты думаешь, я куплюсь на это дерьмо? – спрашиваю я у Гаспара, когда он смотрит мне в глаза. Его взгляд серьезный и сосредоточенный.