Его же о подобном можно было не спрашивать. Как только Дамиан дал отпор, стало ясно: у брата Микеле нет ни единого шанса. В этих широких плечах таилась необузданная сила, какая-то животная ловкость, которой Роз никогда раньше у него не наблюдала. Теперь она понимала, как Дамиану удалось выжить на севере.

Удостоверившись в невредимости Роз, он повернулся к Сиене:

– Киран справится наверху?

– С ним все будет нормально. Рубка очень хорошо защищена, да и он не дурак. К тому же стрелять из иллюминатора совсем не просто.

Вопреки сказанному, в ее голосе слышалась отчетливая напряженность, и Роз почувствовала, что Дамиан испытывает то же самое.

Тогда Роз, чтобы как-то отвлечь обоих, сказала:

– Вентури, ты у меня в долгу за то, что пришлось пощадить того парня. Он нас чуть не убил.

– Ага, – коротко бросил Дамиан. И хотя Роз не видела его лица отчетливо, но могла себе представить, как оно при этом скривилось. – Прости за это. И спасибо, что не выстрелила в него.

– Ты знал его? – спросила Сиена.

Дамиан невнятно хмыкнул.

– Он брат Микеле.

Сиена резко втянула воздух, а потом притихла. Роз ощутила неловкость, будто вмешалась в разговор, не имевший к ней никакого отношения. Ей было все равно, являлся ли этот мужчина родственником юноши, которого она знать не знала. Брат Микеле пытался их убить. И застрелил бы Дамиана у нее на глазах, представься ему такая возможность. Роз с радостью всадила бы ему пулю в голову. На самом деле, она жалела, что не сделала этого.

Когда Сиена заговорила вновь, Роз их уже не слушала.

Киран подогнал шлюпку как можно ближе к окраинам Омбразии, поскольку дальше река сильно сужалась и проплыть уже было невозможно. Незадолго до прибытия Роз Дамиан и Сиена вылезли из люка. Рубка оказалась вся изрешечена пулевыми отверстиями, большая часть стекол покрыта паутиной трещин или вовсе разбита, однако Киран чудесным образом не пострадал. Теперь, когда им больше не угрожала опасность, Роз испытывала сильное опустошение и нежелание что-либо говорить. Минуты текли одна за другой, ветер, принося запах соли и железа, обдувал ее. Она сидела, подтянув колени к груди, стук предательского сердца отдавался в ушах.

Дамиан сказал ей уходить без него. В какой-то миг он был готов остаться на корабле. Готов погибнуть во имя чести, хотя Роз знала, как отчаянно ему хотелось жить.

Неужели она решила заботиться об этом парне? О том, кто готов умереть за Палаццо, в то время как она готова жизнь отдать за то, чтобы увидеть, как дворец сгорит дотла?

Ее охватила злость – на Дамиана и на саму себя. Ей хотелось верить, будто причина заключается в их полной несовместимости, но в глубине души Роз знала: ей просто невыносима мысль о смерти Дамиана. Собственная смерть не страшила ее, а вот перспектива потерять Дамиана, и на этот раз уже навсегда…

Ничто и никогда не приводило ее в такую ярость.

В конце концов она заставила себя обратиться к Кирану, который остановил лодку неподалеку от «Бартоло». Роз понимала, насколько рискованно приближаться к штаб-квартире мятежников, но не могла позволить, чтобы ее увидел кто-то из последователей.

– Спасибо, – пробормотала она. Киран, удивленно вскинув брови, развернулся к ней. Не считая порванного рукава мундира, в остальном он выглядел безупречно, темные волосы были собраны сзади в блестящий узел.

– За что?

Роз приподняла плечо и после опустила.

– Ты не обязан был мне помогать. Мог просто арестовать.

Он сверкнул зубами.

– Мне показалось, что так просто ты не дашься. К тому же я помогал не тебе – я помогал Дамиану. Без обид.

Роз вновь невозмутимо пожала плечами. В конце концов, именно на это она и рассчитывала. Не успела она ответить, как в пределах их слышимости оказались Дамиан с Сиеной, причем последняя со скептическим видом осматривала окрестности.

– Ты уверена, что хочешь сойти здесь?

Роз нахмурилась. Да, возможно, эта часть Омбразии была не самой приятной – это очевидно, – но и не самой плохой.

– Уверена.

– Ну ладно. – Сиена, пожевав нижнюю губу, обратилась к Дамиану: – А что насчет тебя? Ты ведь не собираешься возвращаться в Палаццо?

Похоже, вопрос озадачил Дамиана, и Роз понимала почему. Предполагалось, что он уже далеко. Баттиста ждал, что его сын погибнет или снова вернется героем. Это одна из причин, почему Дамиан не хотел покидать корабль? Неужели ему так отчаянно требовалось уважение отца?

– Да как же я вернусь? – откликнулся Дамиан. Здесь в своей военной форме и с короткой офицерской стрижкой он смотрелся совсем неуместно. Чересчур строго. Чересчур важно. Один его вид, особенно синяки на лице, напугает людей.

– Что будешь делать? – спросил Киран.

Дамиан моргнул, и не успела Роз опомниться, как уже говорила:

– У меня есть для тебя одно местечко.

– Правда? – У Дамиана был такой вид, будто она предложила ему свою почку.

– Ага. У моей подруги здесь неподалеку есть таверна. А над ней – комнаты.

– Это было бы… замечательно.