«Я главный магистрат, – доносится бесплотный голос Энцо откуда-то из-за пределов мыслей Роз. – Приведите их ко мне».

Он продемонстрировал ей все, что сделал. После чего, позволив ее сознанию вернуться в Святилище, показал собственную смерть.

За мгновение до того, как она произошла.

Напротив того места, где находилась Роз, стоял Дамиан в окружении теней. Его пистолет был направлен прямо в затененную область Святилища, где предположительно скрывался невидимый Энцо. Роз от радости затаила дыхание, ожидая, когда Дамиан выстрелит.

Однако, как только он поднял оружие, его взгляд потемнел, и сердце Роз испуганно затрепетало в груди.

Она видела, как лицо Дамиана разгладилось, рука перестала дрожать. Видела тот самый миг, когда он принял решение. Голова его склонилась набок, радужки стали бездонными и приобрели цвет обсидиана. Это было тревожное зрелище. Жуткое. Уголки его губ неосознанно изогнулись в улыбке. Роз не узнавала ее. Как будто нечто всего на долю секунды пробралось Дамиану под кожу и завладело им.

Она была не в силах пошевелиться. Не в силах даже вздохнуть. Время тянулось бесконечно, когда Роз, застыв на месте, смотрела, как ее любимый человек превращается во что-то ужасное.

А потом все кончилось. Иллюзия длилась до тех пор, пока оглушительный выстрел настоящего пистолета Дамиана не вернул ее в реальность.

Она не понимала, что все это значит. Не осознавала, для чего Энцо показал ей эти события. Неужели он с самого начала планировал умереть? А Дамиан каким-то образом стал частью этого окончательного плана?

Ее не покидало чувство беспокойства, однако Роз не улавливала его причину. Все это происходило не по-настоящему. Дамиан не мог быть опасен. Только она ничего не узнает, сидя здесь и глядя на тело Энцо.

Поэтому Роз встала, попыталась избавиться от пробирающего до костей холода и вернулась обратно наверх.

Дамиан проснулся и обнаружил, что Роз смотрит на него.

Она сидела скрестив ноги на краю кровати, пристально вглядываясь в его лицо. Внезапно смутившись, он приподнялся и прислонился спиной к изголовью.

– Ты проспал весь день, – только и сказала она.

На Дамиана обрушились события прошлой ночи, по всему его телу пробежала дрожь. Они смутно напоминали ночной кошмар или то, что происходило с кем-то другим. Мучительная пустота все еще пульсировала внутри него. Она связывала его живот в узлы и сжимала сердце в тисках. Но боль все же немного утихла, так что он, по крайней мере, мог снова дышать.

– Куда-то ходила? – поинтересовался Дамиан, заметив, что Роз переоделась.

Она склонила голову.

– Навещала маму. А потом мы с Насим общались с мятежниками. Нужно было многое им объяснить. А еще, – добавила она после раздумий, – сообщить, что я не умерла.

Дамиан невольно вздрогнул.

– Прости, – тихо произнесла она. – Но ты так легко от меня не избавишься, Дамиан. Я выживу из чистого упрямства.

Дамиан отрывисто усмехнулся. А ведь это правда. Роз осталась жива исключительно благодаря силе воли.

– Слышала, на этой неделе состоится собрание, – сказала Роз, весьма довольная этой мыслью. Несмотря на усталое выражение лица, уголки ее губ приподнялись. – Разумеется, приглашены представители гильдий, однако заурядные тоже смогут присутствовать. Это будет катастрофа, но с чего-то все-таки нужно начинать. Люди обязаны знать правду о последователях Хаоса. Им необходим дальнейший план действий – желательно тот, который не предполагает убийство.

– А что мятежники? – не удержался от вопроса Дамиан. – Как вы вписываетесь в эту картину?

Роз пожала плечами.

– Мы просто ждем и следим за развитием событий. Если понадобимся, то будем рядом. Защита интересов заурядных по-прежнему остается нашим приоритетом.

В ее голосе слышалась твердая решимость – Дамиан почувствовал гордость за нее. Он всегда знал: Роз из тех людей, кому нужна цель, и теперь, когда о мести забыто, она явно ухватилась за новую. Куда лучше.

– Звучит здорово, – искренне признался он.

Роз придвинулась к нему.

– Еще Сиена сообщила, что остальные офицеры хотят, чтобы ты вновь возглавил стражу.

Дамиан задумался. В недоумении резко втянул воздух. Они хотели видеть его на этой должности? Офицера, который не смог раскрыть убийства, который из раза в раз не оправдывал чужих ожиданий?

Но дело в том, что ничего другого Дамиан не умел, – только быть защитником. Возможно, это и нелогично, но после возвращения с войны должность начальника стражи Палаццо придала ему смысл. Цель. Повод носить оружие без необходимости совершать бессмысленные убийства.

– Не исключено, – сказал он. – А ты бы хотела, чтобы я согласился?