– Я жива, – ответила она наконец. Пока что этого было достаточно. – Но не знаю, что нам делать дальше.

– Это да, – горько усмехнулась Сиена. – Как будете перестраивать город?

– Хотела бы я знать. – Несмотря на то, что Баттиста и главный магистрат были мертвы, Роз не тешила себя иллюзиями: остальная часть города вряд ли примет какие-либо изменения. Гильдия и последователи захотят вернуть все на свои места как можно скорее. Они изберут новых последователей в Палаццо и поставят у власти кого-нибудь другого.

По мнению Роз, это станет следующей задачей для восстания. Ведь все изменения происходят постепенно.

– В общем, – проговорила Сиена, – пока что я с помощью Кирана и Ноэми взяла на себя управление стражей Палаццо. Они большую часть ночи разгоняли протестующих. – Девушка, стиснув зубы, покачала головой. – На сегодняшний день история такова: в результате беспорядков главный магистрат и его генерал подали в отставку. – На самом же деле их тела перенесли в склеп Палаццо. – Не знаю, многие ли поверят в это, но, по крайней мере, в настоящее время ситуация находится под контролем. – Она скривила губы. – Теперь, когда Баттисты нет, все офицеры считают, что Дамиана необходимо восстановить в должности начальника стражи Палаццо. Если ему все еще нужна эта работа. Поскольку, видят святые, мне – нет.

Роз обескуражили ее слова. Она знала, что другие офицеры уважали Дамиана, но даже не подозревала насколько. Видимо, только Баттиста и Форте не верили в него. У нее сдавило грудь.

– Не знаю, согласится ли он. – Было в принципе неясно, сохранится ли стража Палаццо в таком виде. По мнению Роз, вряд ли. В конце концов, не только последователям требовалась защита.

Сиена кивнула.

– Он может думать столько, сколько понадобится. Для нас всех будет честью вновь оказаться под его руководством. Никто не понимает, что нас ждет в будущем, но я точно знаю: Дамиан справится со всем. Ноэми уже сообщила: если он не согласится, она присоединится к мятежникам.

Роз тщетно пыталась скрыть улыбку. Она мало что знала о Ноэми, но не сомневалась: эта девушка станет отличным дополнением к их команде.

– Уверена, они с радостью примут ее в свои ряды. – Ну вот. Так сказал бы человек, который может и не быть мятежником. – Я скоро вернусь.

Сиена отмахнулась от нее.

– Не торопись. Я точно буду на страже, пока Дамиан не проснется.

Роз спускалась, перепрыгивая через две ступеньки. В лучах восходящего солнца позолоченные лестницы Палаццо сверкали тусклым золотом. Полы после вчерашнего явно вымыли: когда Роз добралась до главного входа, следов крови нигде не было видно. Тело Баттисты тоже убрали. Небо над ее головой переливалось различными оттенками оранжевого, голубого и серого. Но она, оставив рассвет за спиной, стала спускаться дальше, в темноту. Сейчас ей хотелось оказаться совсем в другом месте.

Холодный воздух склепа окутал Роз неуютным плащом.

Звук ее шагов по каменному полу отзывался гулким эхом, когда она обходила столы. С мертвых уже смыли всю кровь. Дойдя до тела Баттисты Вентури, она остановилась.

Ей казалось неправильным смотреть на мужчину, виновного в убийстве ее отца, и при этом ощущать яростное ликование, в то время как Дамиан переживает потерю. Но она ничего не могла с собой поделать. Глаза генерала были закрыты, губы сжаты в тонкую линию – даже после смерти он выглядел недовольным.

– Ваш сын всегда был лучше вас, – прошептала Роз в темноту, каждое слово было острым, как лезвие ножа. – А вы никогда не заслуживали его.

Она провела пальцем по холодной поверхности стола и, отвернувшись, направилась к мужчине в дальнем конце комнаты, тот лежал с вытянутыми вдоль тела руками. Несмотря на жестокую смерть, его лицо выражало спокойствие.

– Привет, Энцо, – пробормотала она.

Одежда на нем была все так же безупречна, как и прошлой ночью. Если бы не рана на голове от выстрела Дамиана, он казался бы спящим. Роз, положив локти на стол, стала разглядывать последователя.

– Ты хотел, чтобы все закончилось именно так? – Ее тихий голос практически затерялся в огромном помещении. Пошевелив пальцами, она провела ими по строчке на его пиджаке. – Только ты и я.

Казалось, будто временной промежуток между секундами увеличился. Она подумала о том, что показал ей Энцо. Видение, которое предстало перед ней, пока Дамиан наблюдал ее смерть. Воспоминание ледяными пальцами коснулось ее щек и переместилось к затылку, отчего нервные окончания в теле пробудились.

Она не понимала, как это произошло и что означало. В той иллюзии она стояла в Святилище, и все выглядело как прежде, пока не погас свет. А после окружающее пространство исчезло и словно растянулось. Перед глазами поплыли размытые картинки: они сбивали с толку, поскольку относились не к Роз.

Энцо поднимается по лестнице, держась одной рукой за перила.

Спорит с Баттистой, самодовольно наблюдая за тем, как взгляд генерала затуманивается.

Собирает офицеров стражи у главного входа в Палаццо.