Роз снова перевела взгляд на реку, наблюдая, как покачиваются на ветру мачты кораблей. Сперва она подумала, что суда принадлежат флоту Бречаата, – в конце концов, это их территория, – но затем флаг на мгновение развернулся на ветру, и Роз успела разглядеть изображенный на нем символ. Она выпрямила спину, когда на нее нахлынуло понимание.

– Это омбразийские корабли.

– Верно подмечено. И это не единственное место, которое они заняли. Ваша армия уже некоторое время контролирует всю реку до противоположной стороны континента. – Колдер посмотрел на Роз, пригвоздив ее к месту холодным взглядом. – Вы видели деревню по пути сюда? В других наших поселениях дела обстоят не лучше. Мы уже многие годы лишены возможности заниматься торговлей. Люди не могут получить то, что им необходимо для жизни. Они не могут зарабатывать. Вы правда все еще верите, что это мы начали войну?

Роз не знала, что сказать. Даже Дамиан притих, яростно сжимая челюсти. Переносные палатки были омбразийскими, но находились глубоко на территории Бречаата. Но ведь им всегда говорили, что это Бречаат нападает на территории Омбразии, а не наоборот?

Дев тихо втянул носом воздух, и Роз задумалась, не пришел ли он к тому же выводу. Мятежники всегда подозревали, что жителям Омбразии лгут. Они просто не знали истинных масштабов лжи.

– Никто из нас не бывал в этих местах, – сказала Сиена, и ее брови изогнулись в непонимании. – Нас всех разместили в лагере дальше на юге. Там происходили основные бои. Как столь многое могло измениться за последний год?

Роз еще несколько мгновений изучающе рассматривала корабли, а затем ее мысли вернулись обратно к деревне. Она вспомнила разруху и худые, сгорбленные спины людей, бродящих по улицам. Понимание окатило ее ведром ледяной воды.

Это не война.

– Это осада, – сказала она. – Так ведь?

Губы Колдера исказились в гримасе. Его ни в коем случае нельзя было назвать крупным мужчиной, и, возможно, звание генерала было ему в новинку, но в этот момент Роз осознала, что этот человек может быть опасным.

– Значит, вы видите.

Теперь, когда Роз узнала правду, на нее посыпались и новые открытия. Каждое из них жалило болезненным уколом, и к ее горлу подкатила тошнота. Но в то же время она ощутила странное удовлетворение, получив доказательство своей правоты. Она всегда подозревала, что лидеры Омбразии обманывают жителей страны. Все их убеждения в том, что Бречаат может взять реку под контроль и остановить торговые маршруты, оказались ложью.

– Мы пытаемся заморить вас голодом, – выдавил Дев, недоверчиво покачав головой.

После этих слов воцарилось молчание. Роз видела по выражению лица Сиены, что девушка пыталась найти иное объяснение увиденному, но безуспешно. Дамиан же, напротив, выглядел как статуя, выточенная из камня.

Наконец Сиена первой нарушила тишину:

– С чего им лгать нам?

Милос, стоявший за ее спиной, фыркнул и ответил на ее вопрос:

– Чтобы вселить в вас страх. В качестве пропаганды. Если жители Омбразии будут безоговорочно верить в то, что Бречаат – зло, разве не станут они активнее поддерживать войну? Если вы верите, что сражаетесь со злодеями, разве не легче вам будет смириться с призывом на фронт? – Несмотря на резкий тон, в его словах чувствовалась обреченность. – Разве это не внушает вам чувство собственной праведности?

Дамиан, замерший рядом с Роз, все так же крепко сжимал челюсти. Он не хотел верить в слова бречаатцев, и Роз понимала причину: Баттиста Вентури не мог не знать о реальном положении дел. Он всегда находился в гуще событий. А значит, отец в очередной раз соврал своему сыну. Если бы Роз не трясло от отвращения, она могла бы посочувствовать ему.

Колдер кивнул Милосу, а затем продолжил:

– Я полагаю, вы знаете основные события Первой войны святых: воплощения Силы и Хаоса начали войну, и Хаос проиграл. Если вы верите в истории, написанные в «Святых и жертвоприношении», то знаете, что Хаос всегда проигрывает. Его первое воплощение начало войну вопреки желаниям остальных шести святых. Он не может победить их в одиночку. Святая покровительница Смерти в этом убедилась. Она переправляет его за грань так быстро, как только может.

– Мы недавно узнали, что наша версия «Святых и жертвоприношения», возможно, включает в себя не все настоящие истории, – пробормотала Роз, вспомнив о книге, которую они нашли в Атенеуме. – Но да, мы знаем о том, что произошло во время первой войны.

– А потом? – поторопила Сиена.

Беспокойство сквозило в ее вопросе, и Роз могла понять почему. Неприятно, когда твои искренние убеждения подвергаются сомнению.