– Что ты вообще делал? Почему убежал?

Он приоткрыл рот, но не произнес ни звука. Роз замерла, гадая, скажет ли друг правду. Расскажет ли остальным о своих страхах и о том, что им удалось выяснить.

– Мне показалось, что я увидел… что-то, – неуклюже соврал Дамиан.

– Но ты не удосужился предупредить ее? – спросил Дев. Подозрение ясно читалось в морщинках, собравшихся вокруг его глаз.

Святые. Они никогда не достигнут цели, если их маленькую компанию будут раздирать на части напряжение и недоверие.

– Расскажи им правду, – велела Роз.

Дамиан крутанулся на месте, широко распахнув глаза, словно не мог поверить в такое предательство. Роз понимала причину его паники: он привык быть лидером. Привык демонстрировать всем маску уверенности и собранности. Но они не могут продолжать лгать друг другу.

Дамиан нервно закрыл лицо ладонями, пока Сиена и Дев настороженно наблюдали за ним. Он вздохнул, а затем поведал им обо всем, о чем рассказал Роз, теперь уже более спокойно, чем прежде. Сиена смягчилась, раздраженно сжатые губы расслабились, и на ее лице отразилось беспокойство.

– Это вообще возможно? – спросила она, когда Дамиан поведал им об остатках влияния Энцо. – Почему магия все еще действует на тебя, а на всех нас – нет?

Дамиан странно дернулся, и это движение почти могло сойти за пожатие плечами.

– Я понятия не имею. В смысле, не знаю, почему магия влияет только на меня. Но это возможно, по крайней мере, если верить книге, которую мы нашли. – Дамиан качнул головой в сторону томика, который Роз все еще сжимала под мышкой. – Это всего лишь собрание историй, но они хотя бы подтверждают, что такое случалось раньше.

Сиена вздрогнула и, казалось, впервые по-настоящему взглянула на Роз с тех пор, как они вернулись к лестнице.

– Почему книга все еще у тебя? – Она вновь перевела взгляд на Дамиана. – Почему? Книги нельзя забирать из Атенеума. Ничего забирать нельзя.

– Мы не можем просто оставить ее здесь, – воспротивилась Роз. – И у нас нет времени на то, чтобы прочесть ее прямо сейчас. Что, если мы можем узнать из нее больше?

Сиена не ответила. Вместо этого она выхватила книгу у Роз так быстро, что у той даже не было шанса отбиться.

– Вы хоть представляете, что бы произошло, если бы мы попытались уйти с этой книгой?

Никто не ответил.

– Ничего. Ничего бы не произошло, – продолжила Сиена, – потому что Атенеум вообще не позволил бы нам уйти. – Она бросила книгу на ступени. Та приземлилась на каменный пол с оглушительным звуком, раскрывшись посередине. – Нам придется самим во всем разобраться. По крайней мере, мы нашли то, ради чего пришли сюда.

Роз сильно закусила внутреннюю сторону щеки. Она знала, что Сиена права, но казалось ошибкой оставлять книгу здесь, в темноте. Дамиан, очевидно, думал точно так же, однако безропотно отправился вверх по лестнице следом за Сиеной.

К ужасу Роз, архивариус уже ждала их. Она выплыла из тени, словно призрак, и на ее губах, скрывавших беззубые десны, играла пугающая улыбка.

– Нашли ли вы то, что искали? – спросила она нараспев, и что-то в ее тоне подсказывало, что женщина точно знала, ради чего они сюда пришли.

– Да, – ответила Сиена. – Спасибо.

Улыбка на лице архивариуса не дрогнула.

– Вы знаете, будет вежливо класть вещи туда, где вы их взяли.

Роз нахмурилась. Неужели речь идет про книгу о святых? Но ведь архивариус не могла знать, где они оставили ее.

– Мы знаем, – ответила Сиена, обошла женщину и направилась к главному выходу.

Дев вежливо склонил голову.

– Прошу вас принять наши извинения, если мы оставили что-то не на своем месте.

Архивариус лишь проводила его равнодушным взглядом.

Роз последней пошла к выходу, и когда она проходила мимо женщины, та схватила ее за запястье. Ее хватка была крепкой, почти болезненной, а кожа – неестественно холодной. Роз крутанулась на месте и схватилась за костлявое предплечье архивариуса, готовясь к драке.

Но в лице женщины не было злости. Ее глаза, поймавшие Роз в ловушку, были огромными и серьезными.

– Запомни эту историю, – сказала она так тихо, что остальные просто не могли услышать. – Запомни, как она кончилась.

Роз нахмурилась сильнее.

– Что?

Но архивариус уже отпустила ее, и улыбка вернулась на ее губы так быстро, что от этого стало тревожно.

А затем она исчезла, вновь поглощенная тенями Атенеума.

Когда Милос добрался до реки, которая разделяла Омбразию и Бречаат, его уже ожидали.