Огромные паруса колыхались от усилившегося ветра. Косы Сиены вились вокруг нее, и Дамиан вздрогнул от внезапно нахлынувшего холода.

– Если это не погодное явление, – закричал Дев, и вой ветра почти поглотил его голос, – тогда что, черт возьми, это такое?

Никто ему не ответил. Дамиан оглянулся в поисках Роз. Ее не оказалось на прежнем месте, и его сердце пропустило удар, но затем он увидел, как девушка медленно движется к носу корабля. Роз смотрела вдаль с непроницаемым выражением лица. Дамиан подошел к ней, собираясь оттянуть ее подальше от фальшборта, но Роз подняла руку, остановив его прежде, чем он успел ее коснуться. Что-то, похожее на испуг, исказило ее черты. Если она все еще злилась на него, то не показывала этого. Подруга вообще не смотрела в его сторону.

– Это похоже на магию, – прошептала Роз себе под нос, а затем добавила громче: – Это магия. Я чувствую ее.

Взглянув на нее, Дамиан понял, что Роз не казалась взволнованной.

– Что это? – спросил он.

Сейчас ее глаза казались скорее серыми, чем голубыми, а обычно идеальная черная подводка размазалась по щекам.

– Эта магия не плохая. На самом деле она кажется мне в каком-то смысле знакомой.

– Это тот же туман, что и в тюрьме? – спросила Сиена, вслух огласив мысль, прежде посетившую самого Дамиана.

Девушка тоже поднялась на нос и теперь с осторожным любопытством наблюдала за наступающими темными тучами.

– Скорее всего. Просто тогда я не распознала ее, потому что была слишком сосредоточена на побеге. К тому же в центре города столько магии, что сложно разобраться, откуда она исходит.

– Возможно, этот туман пытается не дать нам сбежать, – предположил Дамиан.

Сиена задумчиво кивнула.

– Очевидно, что Сальвестро и его люди видели наш побег. Кто знает, на что они готовы пойти в попытке поймать нас.

Высокая волна ударилась о борт лодки, расплескавшись по палубе, и Сиена сплюнула воду, попавшую ей в рот.

– А может, туман пытается нам помочь, – возразила Роз. – В конце концов, без него мы не смогли бы сбежать из тюрьмы.

Дамиан покачал головой.

– Даже если это магия, она не может пытаться. Магия не действует сама по себе. Кто-то ею повелевает.

– И кто же? – спросила Сиена. – Последователи Палаццо сильны, но их магия не может влиять на природу.

Ужасная догадка зародилась в сознании Дамиана. Существовал только один тип магии, который они не понимали.

– В соседней с моей камере, – сбивчиво начал он, – сидела женщина, которую арестовали за ересь, родом из Бречаата. Она рассказала мне историю, которую услышала там. В истории говорится, что если кто-то принесет семь жертв святому, то магия последователей этого святого станет сильнее.

Обе девушки обернулись, чтобы посмотреть на него.

– Ты думаешь, это магия Хаоса? – спросила Сиена.

Она говорила тихо, будто боялась, что святой может услышать ее слова.

– Это просто история, – заметила Роз. – Ты сам так сказал. К тому же это не имеет значения, даже если она правдива. Энцо так и не смог совершить последнее жертвоприношение. Мы выжили в ту ночь.

Дамиан потер свою ведущую руку, вспоминая чувства, которые испытал, нажав на курок пистолета.

– Но он умер.

Все замолчали, осмысливая значение его слов.

– Это вообще возможно? – наконец спросила Роз. – Можно ли считать Энцо за жертву?

– Не знаю, но подумай: он умер в Святилище, и у него при себе наверняка имелся хтониум. Если остальные жертвоприношения были выполнены по правилам, он тоже подходит под критерии.

– Но Энцо думал, что воскресит Хаос. Он ничего не говорил о магии.

– Что, если он нам соврал?

– Погодите. – Сиена вскинула руку. К этому моменту туман стал настолько густым, что ее лицо то появлялось, то пропадало в его завитках. – Можно ли вообще усилить магию святого?

Дамиан беспокойно пожал плечами.

– Так сказала та старая женщина. Ее арестовали за то, что она пыталась предупредить жителей города. Зачем ей рисковать, если она сама не верит в эту историю?

Лицо Сиены приобрело пепельный оттенок.

– Если это возможно, Омбразия в большой беде. Потому что даже если среди нас нет последователей Хаоса, в Бречаате они еще остались. Мы можем проиграть войну.

«Но дело не только в войне», – подумал Дамиан. Они могут потерять все. Если последователи Хаоса окажутся достаточно сильны, они смогут сделать что угодно. Смогут заставить всех увидеть что угодно. Ветер, ревущий в его ушах, внезапно стал громче. Дамиан почувствовал, как теряет равновесие, и это было никак не связано с покачиванием палубы под его ногами. Вдруг на них нацелился кто-то, кого они не могли увидеть? Кто-то не менее – а возможно, и более – сильный, чем Энцо?

Но больше всего Дамиан опасался другого: вдруг эта магия преследовала его, потому что он не смог избавиться от влияния Энцо?