— Но я хочу, чтобы ты был в ней, — выдавливаю я из себя. — Нам просто нужно быть осторожными. Китт не должен видеть нас вместе. Это… это только все усложнит.

— Верно, — он слегка напрягается. — Мы должны притворяться.

— И если я хочу пережить это, мне следует тренироваться, — быстро добавляю я.

Кай делает шаг назад, качая головой. Это движение пугает меня больше, чем как, если бы он замахивался на меня мечом.

— Если ты хочешь, чтобы я дрался с тобой, то я не буду, Пэйдин. На том маковом поле я поклялся тебе, что больше никогда этого не сделаю. Что когда я прикоснусь к тебе, это будет только ласка. — Капли дождя падают с его ресниц, но он не смеет моргнуть, когда бормочет: — И я планирую сдержать эту клятву.

Между нами проходит долгое мгновение, в течение которого я пытаюсь понять, насколько сильно он заботится обо мне. И никогда еще я не чувствовала себя так хорошо, как тогда, когда поклялась никогда больше не сражаться с Силовиком. Поэтому я улыбаюсь ему, и капля воды скатывается по носу, когда я пытаюсь поддразнить его.

— Если тебе надоело, что тебе надирают задницу, просто скажи это.

Уголок его губ неохотно приподнимается.

— О, ты правда так считаешь?

— Скажем так, я это чувствую, — я наклоняюсь к нему и шепчу: — Я в некотором роде Экстрасенс.

Последнее, что я вижу, — это как он качает головой, прежде чем мир переворачивается с ног на голову. Я взвизгиваю, когда он перекидывает меня через плечо так, что свисают волосы, а лицо обращено к залитому грязью кругу.

— Ты почувствовала, что это произойдет, Маленький Экстрасенс? — спрашивает он через плечо, на которое закинул меня. Я невольно смеюсь, покачиваясь всем телом при каждом его шаге.

— Куда ты меня несешь? — я задыхаюсь и изо всех сил хватаюсь за пояс его брюк.

Он молчит несколько шагов.

— Туда, где даже будущее не сможет нас найти.

Я грустно улыбаюсь.

— Ива?

— Ива.

Глава тринадцатая

Пэйдин

— Итак, каким образом это случилось снова?

Я поднимаю взгляд c места, где сижу на краю кровати, пытаясь изо всех сил натянуть туфли на ноги. Она пристально смотрит на дверь, лежащую на полу, и прядь винно-красных волос падает ей на глаза. И когда скептичный взор ее медовых глаз поднимается на меня, тонкие брови вопросительно изгибаются.

— Это была… — Я лихорадочно пытаюсь подобрать хоть какую-то убедительную формулировку. — Экстренная ситуация. В каком-то роде.

— Понятно, — задумчиво отвечает она, положив руку на пояс с инструментами. — Что ж, дверь будет снова на петлях к тому моменту, как ты вернешься с ужина.

Я с облегчением улыбаюсь.

— Спасибо, Энди.

Элли снует по комнате за моей спиной, собирая разбросанную одежду, которая валяется на полу. Нам потребовалось невыносимо много времени, чтобы выбрать наряд для ужина с королем. По правде говоря, мое чрезмерное волнение было причиной того, что я замешкалась, придирчиво оценивая свой внешний вид.

Я замираю при этой мысли, разглаживая изумрудную ткань платья, облегающего фигуру. Оно воздушное, со шнуровкой на спине — дышать в нем непросто, но я стараюсь об этом не думать.

Я подхожу к Энди, сидящей на корточках у дверного косяка, и наблюдаю, как она работает с петлями, ловко вращая инструменты. Она позволяет мне смотреть, прекрасно понимая, что я уже должна быть на полпути к тронному залу, чтобы поужинать с ее двоюродным братом. Тем не менее я спрашиваю:

— Тебе вообще нравится это? Быть Мастером здесь, в замке?

Она убирает винно-красную прядь волос за ухо.

— Не могу представить себе ничего другого. Это… приносит удовлетворение, в каком-то смысле. — Она улыбается через плечо. — Починить то, что сломано.

Я тихо хмыкаю, звук выходит неуверенным. Серебряное кольцо, украшающее ее нос, сверкает, когда она поворачивается и вопросительно смотрит на меня.

— Что? Удивлена?

— Нет, — пожимаю плечами. — Просто… у тебя такая сила. — Мой взгляд скользит к ее волосам, вспоминая всех тех багряных зверей, в которых она превращалась. — И ты довольна тем, что…

— Что я всего лишь жалкий Мастер? — она смеется. — Большинство людей шокированы. Хотя, знаешь, большинство даже не догадываются, что в жизни есть что-то важнее силы.

— А есть ли? — мой смешок звучит неуверенно.

Она наклоняет голову. И это движение до боли похоже на то, как это делает ее темноволосый двоюродный брат.

— Я думала, что из всех людей ты поймешь меня лучше всего.

Я качаю головой и грустно улыбаюсь.

— У тебя есть сила, Энди. Поэтому тебе легко говорить, что есть что-то большее, — Мой взгляд скользит по стенам, в то время как ее — прикован ко мне. — Но для меня…моя жизнь всегда была связана с силой. И попытками выжить без нее.