Что-то очень похожее на счастье скопилось внизу живота.

Пожалуйста, не сейчас, не с ним. Но мое глупое тело невозможно было переубедить.

Именно по этой причине я старалась избегать отношений. Для кого-то вроде меня близость с другим человеком таила опасность, обещание боли. В моем мире невинных людей использовали как рычаг давления, героев убивали, а любимых эксплуатировали. Наша ситуация была тому доказательством.

Но, видит бог, Икс, возможно, был не единственным, в ком пробуждались чувства.

Меня разбудил тихий сигнал будильника. Я проснулся, утопая в россыпи волос цвета карамели и в объятиях моей красавицы.

Я самый везучий на свете сукин сын.

Если я думал, что секс поможет избавиться от желания быть с Ангелой, то ошибался.

Я отключил будильник и поднялся, стараясь не потревожить ее. Сердце сжималось при виде этой женщины. Моя. Это слово обволакивало меня. Возможно, мы были еще далеко от любви, но сегодня ночью мы, кажется, сделали первый шаг к ней.

Я не мог ее отпустить. И не отпущу. Теперь я решил это окончательно. Если она захочет, чтобы я бросил свое ремесло – а она непременно захочет, потому что такая женщина не согласится быть с бандитом, – я это сделаю. Я даже не против искупления грехов. И я разобьюсь в лепешку, но завтра найду ее сестру и вытащу нас оттуда живыми.

Потому что теперь мне действительно было ради чего жить.

Она застонала, когда я выскользнул из ее объятий.

Этот звук! Он никогда мне не надоест.

– Куда ты собрался? – спросила она.

– Проверю навигационную систему и принесу нам одеяла.

Я спустился с палубы, взял в кубрике стопку белья и принес Ангеле. Встряхивая простыни, я набрасывал их на нее слой за слоем, надеясь, что ей станет теплее, и она проспит долго, не заметив моего исчезновения.

Ее губы дрогнули в улыбке. Довольной. Я доставил этой женщине удовольствие – хотя бы на короткое время. Укол сожаления пронзил мне грудь. Хотя бы…

Я попятился, пока не наделал глупостей и не улегся, как идиот, рядом с ней, и поспешил в кубрик, чтобы лишний раз проверить, не упустил ли чего-нибудь в своих приготовлениях. Спутниковый телефон был полностью заряжен, навигационная система работала на автопилоте. Семена лжи посеяны.

Пора уходить.

Я обманул Ангелу. Нам не понадобилось бы полдня, чтобы добраться до владений Жестокой Графини. Путь занимал всего несколько часов.

Я намеренно изменил курс так, чтобы лодка проскочила мимо логова Жестокой Графини, а потом развернулась и прошла над ним. Там я планировал высадиться, а моторка пошла бы дальше, пока не достигнет материка. Если все будет в порядке, Ангела проснется на пляже.

Так больше шансов на успех, чем если бы она пошла со мной.

Двигаясь почти бесшумно, я натянул гидрокостюм и прицепил акваланг. Все готово.

Я снова перевел взгляд на Ангелу. Она тихо посапывала под звездами.

Черт бы побрал эту женщину.

Моя жизнь никогда не была справедливой и легкой, и нынешняя полоса не исключение. Мне следовало быть рядом с ней, наслаждаться счастливым сном, а не сбегать на самоубийственную миссию.

Еще не поздно! Я мог бы проложить новый курс и утащить бьющуюся в истерике Ангелу подальше от этого места. Оставить ее сестру умирать здесь. Это было бы не самое страшное преступление из тех, что я совершил.

Но что-то пустило во мне корни, что-то – даже трудно это произнести – похожее на человеческое достоинство.

Я натянул на себя остатки снаряжения, проверил компенсатор плавучести^[15], вес, предохранители и давление в баллоне. Все в норме. Больше ничего не удерживало меня здесь.

Последний взгляд.

Она нахмурилась во сне, словно почувствовала, что я собираюсь обмануть ее. Было очень трудно не подойти к ней, чтобы разгладить эти морщинки на лбу.

Я не должен этого делать.

Она могла проснуться и сорвать весь план.

Я подошел к бортику, опустил маску и приладил мундштук. Я следил за показаниями навигационных приборов, ожидая, когда мы окажемся прямо над резиденцией Жестокой Графини.

Спи спокойно, Ангела.

Я соскользнул в воду так тихо, как только мог, и приготовился к погружению.

Когда я смотрел вслед лодке, уносившей Ангелу прочь, казалось, будто кто-то сковал мне легкие и перекрыл кислород.

Выживи, и ты увидишь ее снова.

Я нырнул, удаляясь все дальше и дальше от поверхности воды, останавливаясь только для того, чтобы тело приспособилось к давлению.

К тому времени, как подо мной мелькнули первые проблески света, я уже не сомневался, что Жестокая Графиня знает о том, что я здесь.