– Нет, – Рушан качает головой. – Вначале я как друг просто выслушал, что её пугает наличие этой способности. Но чем больше Суа рассказывала про свои ощущения, тем больше я понимал, что чувствую нечто схожее. Тогда под видом чистого интереса я расспросил обо всех теялийских знаниях по поводу этой силы. Сам Шейн записал наблюдения, исследуя свои способности. Я прекрасно изучил всю техническую сторону, известную потомкам Шейна, но на практике применил впервые. Возможно, поэтому, я не смог отобрать силы Клетуса достаточно быстро. А может, наличие во мне Дара Тьмы мешало забирать свет.

Я отставляю пустую чашку, поднимаюсь, желая наконец сменить грязную форму на нормальную одежду.

– Даян, – поспешно окликает меня Рушан.

– Да?

– Тебя не тревожит моя способность?

Я расслабленно улыбаюсь, замечая, что у нашего кахари в разы больше страхов, чем я мог представить.

– Если ты рассчитываешь, что на тренировках я начну тебя щадить, боясь прикосновений, то ты заблуждаешься. За все годы ты ни разу не причинил кому-либо из нас вреда. Ни намеренно, ни случайно. Поэтому с чего это должно меня тревожить?

Рушан явно намеревается озвучить ещё какие-то доводы, решая, что я плохо обдумал риски, но я перебиваю его:

– Я по-прежнему поддерживаю твои отношения с моей сестрой. Не верь я тебе, то вышвырнул бы вон, – я не уверен, что действительно бы так поступил, но говорю твёрдо, и кахари верит, прекращая препираться. – Не засиживайся здесь, Рушан. Отдохни немного, а вечером и завтра мне нужна твоя помощь. Я хочу, чтобы ты присоединился к Анису и помог ему вернуть наших солдат. К тому же там Дарен. Он неплохо знает Ойро, и она ему доверяет, так что можешь попробовать узнать у него, как тебе лучше просить прощения.

Не дожидаясь его ответа, я иду к коридору в глубь дворца.

– И вправду нужно встать на колени? – неожиданно кричит Назари мне в спину.

– Там уж сам догадайся, принц! – посмеиваюсь я, подчёркивая последнее слово.

И смеюсь громче, когда в ответ слышу пару оскорблений и напоминание, что из меня не лучший советчик.

Первую попытку встретиться со мной Айла предпринимает на третий день. Вначале я переживала, что времени мне не дадут вовсе. Предполагала, что Даян не послушает Самию, вернётся и заберёт меня домой не спрашивая, но я недооценила брата. Он не появился ни через час, ни через два, ни даже в последующие дни.

В первый день я просто много спала, восстанавливая силы. На второй начала есть и ходить, часами бездумно гуляя по дворцу Астары. В основном я бродила вместе с Суа в качестве чуткого и молчаливого компаньона. В другое время я разговаривала с Хёрин о Юне, она тяжело переживает утрату, а я только рада узнать о нём больше, сожалея, что мы успели увидеться лишь дважды.

Благодаря тёплому климату Теялы сады во дворце медленно зеленеют и расцветают первыми весенними цветами. Хёрин дала мне традиционное теялийское платье персиково-серых оттенков, и я с благодарностью его приняла, чувствуя себя потерянным ребёнком в доме дальних родственников. Хотя в этом есть какая-то доля правды. Даже внешне я кажусь себе чужой, мне странно смотреть на своё лицо, где оба глаза имеют одинаковый тёмно-коричневый оттенок, но Даян сказал правду. Это глаза нашего отца. Даяну и Айле достались мамины.

– Вы и шагу дальше не ступите. Не заставляйте меня вас позорить и вышвыривать из дворца силком, – твёрдым тоном высказывается Шиун.

Привлечённая недовольством теялийского принца, я иду на голос. К счастью, не успеваю свернуть в последнюю арку, – ответ Айлы звучит раньше, и я моментально замираю на месте.

– Ты не можешь препятствовать в моём желании увидеться с сестрой, – резче, чем когда-либо отвечает Айла Шиуну. – Не смей держать её здесь насильно.

– Я и не держу. Это мой дворец, а Ойро – мой гость.

– Тогда дай пройти!

– Нет.

Я прислоняюсь к стене, продолжая подслушивать. Мне хочется выйти к сестре и самой её успокоить, но я сдерживаю это желание, зная, что ещё рано.

– Хоть ты этого и не понимаешь, но я делаю это ради твоего же блага, Рушан.

По спине поднимается дрожь. Отпрянув от арочного проёма, я отхожу подальше, теперь вдвойне страшась желания выйти и увидеть пришедших. Рушан если и находится там, то молчит.

– Я провожу вас к выходу, – тем же не терпящим возражений тоном произносит Шиун.

Айла что-то отвечает, но я как можно быстрее ухожу в другой конец дворцового комплекса, чтобы вновь попытаться справиться со своей проблемой. Каждый день я пробую притягивать тени, но отзываются единицы. Остальные я тяну насильно, но стоит мне ослабить хватку, и они как угри расползаются и прячутся, сливаясь с тенями от деревьев.

Эта беспомощность душит меня, будто я лишилась части себя. Смогу ли я как раньше призвать сумерки посреди ясного дня? Смогу ли питать своих друзей, придавая им сил? Или позвать обычные тени, если мне понадобится их защита?

Вспоминаю о теневом псе, который постоянно ходил за мной в детстве. После возвращения домой я продолжала его чувствовать. Он сопровождал меня, но уже бесформенный. Сливался с окружающими тенями. Я уверена, что именно он каждый раз давал мне подсказки. Однако теперь ощущение его присутствия ушло.

Что мне сделать, чтобы снова стать собой?

Этот вопрос становится раздражающим, беспрерывно крутится в голове всё быстрее, превращаясь в круговорот, от которого меня начинает тошнить.