Не знала, стоит ли прикинуться хромающей, но, похоже, сына Гипноса не тревожило, что все прекрасно осознавали его ложь. А может, он сделал это и вовсе намеренно, потому что теперь, когда стало известно, из какого он рода, вряд ли найдётся хоть один архонт, готовый рискнуть и возразить ему. Кай выдавал неприкрытую ложь, которую даже архонты смиренно проглатывали.

Рядом появилась Ойзис, и я остановила Кая, сжав его ладонь. Он подчинился.

– Ты получила, что хотела? – недовольно поинтересовалась я. Они играли со мной как с игрушкой, передавая из рук в руки, и в будущем я определённо воспользуюсь обещанной услугой Ойзис.

– Больше, чем рассчитывала, – со сладкой улыбкой на губах она окинула взглядом вначале меня, а затем и Кая.

– Ты мне должна.

– Разумеется, наследница.

Теперь уже я дёрнула Кая, не желая продолжать разговор с архонтом Зависти. Сын Гипноса понял намёк и вывел меня на террасу. Буквально в дверях мы столкнулись с Элионом, но Кай упёрся рукой ему в грудь и грубо вытолкнул друга наружу.

– Вниз, живо, – велел он, указав на лестницу, ведущую в сады.

– Не пойти бы тебе…

– Аспид здесь, – оборвал Кай, и Эль умолк, побледнев на глазах.

Элион задышал тяжелее, но не тронулся с места. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы взять себя в руки. На лице появилось суровое выражение.

– Без Кассии я никуда не пойду. Она отпущена сюда под мою ответственность.

– Она только что танцевала с Аспидом по указке Ойзис, Элион, – отчитал того Кай и вновь подтолкнул друга к лестнице, вынуждая спуститься, чтобы отойти подальше от раскрытых дверей.

Меня сын Гипноса потащил за собой. Мы оказались в садах, среди благоухающих цветов. Многочисленные фонари с заревом не позволяли скрыться от чужих глаз, и Каю это явно не нравилось.

– Мне нужно вернуться, а вы немедленно уйдёте. Я передам Ойзис, что Кассии нехорошо, – безапелляционно заявил он, но Эль, похоже, не намеревался спорить.

Я не поняла, почему он избегает встреч с Аспидом, но, судя по беспокойству Кая, Элю рядом с ним было небезопасно. Кай развернул меня к себе.

– Если не хочешь уходить ради себя, то возвращайся домой ради Элиона. Уведи его отсюда. Об остальном поговорим позже. Я могу на тебя положиться? – любой другой бы спрашивал с надеждой, аккуратно или ласково, Кай же почти приказывал или ставил перед фактом, несмотря на вопрос.

Он злился.

Мне не хотелось, чтобы он злился.

Я обхватила себя руками, пытаясь защититься от порывов прохладного ветра, и кивнула, боясь, что дрожащий голос выдаст страх. Необъяснимый, глубинный, словно из самого детства. Я не понимала его причины, но точно знала, что не хотела, чтобы Кай злился. Неожиданно сын Гипноса погладил меня по волосам, эта похвала заставила оцепенеть.

– Спасибо, – мягче поблагодарил он и повернулся к Элю. – Уведи её и впредь не позволяй действовать так опрометчиво.

Кай развернулся, отошёл на несколько шагов.

– Ты бросил нас! – резко напомнил Эль, но я была готова поклясться, что в его голосе прозвучало больше обиды, чем гнева.

Следующая пара шагов Кая вышла медленной, тихой, но он не обернулся и после короткой заминки продолжил удаляться.

Прошло полторы недели со знакомства с архонтами. Довольно однообразные дни, наполненные постоянными, ставшими привычными занятиями с наставниками. Первоначальная тоска по прежней жизни и страх перед новой отступили, позволив мне перейти к смирению. Я ожидала, что каждый встречный из другого Дома будет хотеть меня убить, но за прошедшее время не произошло ничего тревожного.

Дедушка хоть и упоминал о трудностях в отношениях с остальными архонтами, но заверил, что пока они ведут себя мирно. Майрон надеялся, что покровительство Гипноса поможет нам восстановить прочность влияния. Я не разделяла его убеждённости, помня Гипноса в роли Руфуса – владельца стрелкового клуба, складирующего башни пустых упаковок из-под еды быстрого приготовления. А истории о том, как он скинул моё воспитание на Весту, пропадая неизвестно где, не добавили ему доверия. Может, Гипнос не намеревается бросать меня и мой Дом один на один с проблемами, но вполне вероятно, что он просто не заметит, когда его помощь мне понадобится.

Морос приходил ещё несколько раз, чтобы вернуть воспоминания. Я увидела больше Весты и молодого Кая, восстановились некоторые эпизоды с Гипносом. Но все полученные картинки, словно залежавшиеся в банке призраки прошлого, перемешались между собой. Морос забрал восемь лет, а вернул потрёпанные лоскуты, предложив из кусков как-нибудь сложить собственную жизнь.

Он также вернул моменты жизни с Райденами и те месяцы после пожара, пока прятал меня даже от собственного брата. Я была поражена тем, что дольше трёх месяцев он держал меня в своём доме за пределами Санкт-Данама. И Морос не нашёл иного способа развлечь ребёнка, кроме как заставить учиться обращению с мечом, стрелять из лука и арбалета. На мою претензию он пожал плечами, говоря, что навыки полезные.