Земля продолжала отдавать дрожью чужих шагов, но чуть меньше. Когда Александр прошёл половину брода, Илья ступил в воду, следуя за ним, обернулся один раз, чтобы проверить, там ли Лела. Русалка была смертельно бледна, но держала обеих лошадей, готовая выполнить поручение.

Александр оставил в воде не менее двадцати тел. Упыри перестали бездумно нападать, действовали осторожнее, а многие и вовсе попятились к берегу. Это было бы хорошим знаком, если бы не толпа нечисти. Сотня? Может, больше. И все они сбились к воде, дожидаясь, когда человек ступит на твёрдую почву. Возможно, они дадут ему отойти от реки, затем возьмут в кольцо и набросятся.

Илья держал лук натянутым для нового выстрела, аккуратно ступая по камням под потоком. Благо течение было несильным и не сбивало равновесие. Несмотря на тревожное сердцебиение, юноша следил за ровностью дыхания для выстрела. До берега Александру оставалось семь шагов, Илья был готов плюнуть на договорённость. Шесть шагов. Меч Александра пропел дугой, выпотрошив одного из туповатых утопленников. Все упыри уже скалились, будучи на берегу. Илья выстрелил в одного, и тот рухнул в воду рядом с Александром, наставник добил, отрубив голову. Пять шагов. Илья нервно сглотнул.

Четыре.

Сердце Ильи пропустило удар, руки невольно ослабили лук, когда тень накрыла упырей на том берегу. Хрипящие, кричащие твари затихли все как один. Мгновения мертвецкой тишины показались бесконечными.

Три шага.

Упыри позабыли об Александре.

Мощный топот ускорился, чудовище перешло на бег. Упыри, сбившись в тесную кучу, загалдели и завертели головами, как перепуганные птицы.

Илья выдохнул, вновь натянул лук, готовясь к появлению беса. Он ожидал, что мощная тень проворно разметает собравшихся на берегу мертвецов. Но приблизившаяся тварь их не разбросала, она их просто смела: первые тридцать голов так точно. Илья замер, не веря своим глазам: огромнейшее существо ростом с двухэтажный дом. Длинные, вытянутые конечности, относительно худое тело, но мощная грудная клетка, и всё это из тесно сплетённых ветвей, лиан и костей. Илья был уверен, что видит каркас, напоминающий человеческий скелет, укреплённый ветвями и заполненный листвой, словно исполина набили деревьями с зелёными кронами. Голова представляла из себя огромный то ли лошадиный, то ли олений череп с провалами глазниц, а верх венчала корона из ветвей, листьев и костей.

Леший.

По записям, за прошлые четыреста лет не видели ни одного. Никто не сомневался, что они живы, но и встречаться с ними не стремились. Говорили, что они, вероятнее всего, впали в затяжные сны или же перебрались на восточную сторону, предпочитая тишину. Лешии относятся к нечисти, но они трогали людей редко, лишь чрезмерно разозлённые.

«Т-т-твой наставник. Он с-сумасшедший. Нельзя… так нельзя… Такими не управляют! Это древняя магия!»

Лела чувствовала.

Лешему хватило одного разворота вокруг своей оси, чтобы разбросать ещё с десяток упырей. Он давил их мощными ногами, пальцами, напоминающими ветви, протыкал насквозь. Волна дрожи прошлась по спине Ильи, когда леший переломил и разорвал надвое одного упыря с такой же лёгкостью, с которой Илья мог разломить буханку свежего хлеба. Берег и лес наполнились воплями, нечисть разбегалась от крупного противника. Игнорируя творящийся хаос, Александр выбрался на берег и направился к лешему, изредка рубя пробегающих мимо мертвецов.

Илья помог трясущейся Леле дотянуть лошадей, те начали упираться, не желая приближаться к лесному чудовищу. Русалка тоже не горела желанием, но она хотя бы могла себя заставить, а вот кони упрямились, намереваясь вырваться из рук.

– Спрячься в той стороне, я найду тебя позже! – велел Илья, указав ниже по течению, где роща казалась свободной от упырей.

Лела явно хотела возразить, но Илья рванул к Александру. Мертвецы пробегали мимо: плевать они хотели на человека, намеренные спасти свои шкуры. Но Илью пугало, что наставник тем же выдержанным, почти безжизненным шагом следовал за лешим. Дух леса, разобравшись с основной массой врагов, направился куда-то на северо-восток, им же надо на юго-восток. Лесное чудовище продолжало потрошить попадающихся на пути упырей с особой жестокостью и лёгкостью, будто изводило крыс и тараканов из собственного дома. Некоторых леший хватал и с размаху разбивал их головы о стволы деревьев, других топтал или разрывал на части. Он оставил за собой траншею из изувеченных трупов, изломанных кустов и мелких деревьев, Илье потребовалось время, чтобы нагнать наставника. Если ранее Александр ещё сражался, то теперь опустил меч: лезвие задевало высокую траву, а пальцы ослабли, словно он вот-вот готов бросить его.

– Александр! Отпускай его! Всё закончилось!

Наставник не обернулся на крики. Илья нагнал его и, дёрнув за локоть, резко развернул к себе.

– Алекса…