Он потянулся ко мне, и я без раздумий протянула руку. Габриэль быстро отвел меня обратно в спальню, которую я называла своей после похищения. Комнату, которую я звала домом лишь некоторое время. Из-за моего поведения в самом начале он решил, что я просто животное, которое заслуживает клетки.

— Сегодня особенный для нас день, Элени. — Габриэль сделал паузу и приподнял мой подбородок, наши глаза встретились, и я увидела в его легкую печаль. — Сегодня наш последний день вместе. Это конец. — Он обнял меня и посадил на кровать. — Мы разделим постель в последний раз. Я покажу тебе, насколько хорошо научился заботиться о тебе, как ты никогда не заботилась о другом человеке. За ужином мы выпьем твой любимый яд и вместе погрузимся в вечность.

Я сделала вид, что не ошеломлена его заявлением. Притворилась, что не боюсь до смерти. Этот человек намеревался убить нас за ужином, как будто это просто прогулка в парке или романтическое свидание для двоих.

Габриэль потерял рассудок, и его уже не вернуть. Об этом свидетельствовало жуткое спокойствие, которое чувствовалось в нем. Мужчина потянул одежду, в которую сам же одел меня после ванны. Он начал сверху, по одной кнопке. Я приложила массу усилий, чтобы не вздрогнуть, когда его рука коснулась моего живота.

Люди говорят, что мать может поднять машину, когда ее ребенок придавлен тяжестью. Это пресловутая «материнская сила», которой она воспользуется, чтобы защитить свое дитя. Сила словно новое лекарство текла по моим венам, когда Габриэль прикасался ко мне. Мне предстояло любой ценой защитить ребенка, освободиться от этого кошмара и вырваться на свободу.

Другого выбора у меня не осталось. Нашей мучительной дороге пришел конец.

Я решила сопротивляться до последнего, а если ничего не выйдет, он убьет не только меня, но и дитя, которое мы создали в этих токсичных отношениях.

Глава 38

Габриэль

Я снял с Элени красное платье, что выбрал сегодня, ощущая дикую потребность своего тела. Подобного я не испытывал к другим женщинам. Сдвинув простыни и стеганое одеяло, я наблюдал, как она заползает на матрас, садится на колени и смотрит на меня. Никогда не видел такого в женщинах, которых прижимал к грязной стене на узкой улочке, скрывая в окружающих тенях свою ненависть и шрамы. Ни одну из них не желал, но мой член все равно вставал. Казалось те минуты, что требовались для достижения кульминации, облегчали груз одиночества, позволяя функционировать еще один день.

Они были доступными, собственно, как и Элени. Только ее сила духа оказалась просто волшебной. Она словно обволакивала меня, проникая глубоко в тело, мозг, даже кровь, превращаясь в наркотик, без которого я больше не смог бы жить.

Когда опустился на кровать, девушка потянулась ко мне, и впервые в своей проклятой жизни я не вздрогнул, стоило ее ладоням пробежаться по моей груди и плечам. Я думал, что никогда не испытаю потребности в прикосновении другого человека, но исходящее от нее тепло заставляло желать большего. Она занимала все мои мысли, даже снилась мне каждую ночь. В голове не укладывалось, почему судьба настолько жестока, что заставляет уничтожить то единственное, перед чем я мог бы преклонить колени.

Но такова жизнь, и я не хотел покидать мир, не выполнив своего предназначения.

Нежные губы пробежали по моей скуле, язычок время от времени щекотал кожу, воспламеняя внутри каждый нерв. Член поднялся, и я быстро избавился от штанов, что мешали погрузиться во влажную глубину. Мы двигались так, словно созданы друг для друга, как две части единого существа.

Я не спешил, проникая в ее киску, глядя, как приоткрываются нижние губы, а стеночки растягиваются, чтобы идеально меня вместить. Обосновавшись глубоко внутри, я остановился, наслаждаясь моментом, нашим последним разом вместе. Поначалу Элени что-то шептала, задыхаясь, слова терялись на фоне ощущения воссоединения двух половинок. Мне тоже не хватало дыхания и вместо того, чтобы ответить, я выскользнул, а затем снова рванулся вперед. Руками пробежался по ее телу, задержавшись на бедрах. А потом приподнял девушку, ведь потребность обогнала желание действовать медленно.

Казалось, она не возражала. Чем сильнее я вонзался в нее, тем громче Элени кричала. Кончиками пальцев нажал на чувствительную кожу, подарив ей крупицу боли и зная, что это поможет ей меня догнать. Она послушно изогнулась, и я губами нашел вершинки грудей, покружил языком вокруг затвердевшей плоти, прежде чем слегка прикусить.

Ее руки вцепились мне в волосы, а тело подо мной сотрясала дрожь. Я тоже достиг вершины, и мы застыли в состоянии эйфории, затерявшиеся друг в друге, пока снова не нахлынет тоска.

Вот и настал конец, мой последний момент счастья.

Мы молча лежали на кровати, наши сердца замедлились, а легкие наконец-то снова обрели способность свободно дышать. Ее желудок заурчал, и я тихо рассмеялся.

― Проголодалась?