Я накрашиваю губы красной помадой — цвета крови и вампирских снов — и проверяю ошейник. Теперь Люциус заставляет меня носить его почти постоянно. Все наши ночи превратились в одну бесконечную сцену. Мы оба знаем, что время, которое провели вместе, такое безумное, отчаянное, близится к концу. Люциус очень хорошо обучил меня, как только слышу его голос, я становлюсь мокрой. Он произносит мое имя, и я на взводе. Он щелкает пальцами, и я кончаю. Мы проводим вместе каждую минуту бодрствования и почти каждый день обмениваемся кровью.

Все закончится через несколько дней.

Люциус проходит мимо моей двери, выглядя восхитительно в своем костюме. Он обещал мне ночь в городе, ночь, в которой мы будем притворяться парой. Потом как обычно закончим в клубе «Яд». Он открыл верхний этаж клуба, чтобы его потомки могли смешиваться с людьми и пить из жертв в темных углах. Темница все еще предназначалась для него и меня. Через несколько дней все его отпрыски соберутся, и у меня будет первая публичная сцена. Наша последняя сцена вместе.

В доме зазвонил телефон. Я выхожу из комнаты, шурша тканью, все еще надевая серьги.

Люциус в прихожей разговаривает по телефону. — Теофил? — он отвечает и делает паузу. Я навострила ушки. Люциус поделился именами своих потомков, и Теофила он уважает. — Где ты?

— В клубе, — отвечает вампир. Я слышу его так же ясно, как если бы он присутствовал в комнате. Слух оборотня отлично подходит для подслушивания.

Люциус поворачивается и смотрит мне в глаза. Он знает, что я слушаю, и если бы захотел, то ушел бы. Но его это не волнует. За последние несколько недель мы поделились всем.

— Тебе нужно срочно прийти сюда, — говорит Теофил напряженным голосом. — Ты должен кое-что увидеть.

Мы приехали в клуб в половине десятого. На танцполе уже давка, у бара собралась большая толпа.

Люциус останавливается рядом с гардеробом. Всегда джентльмен, он помогает мне снять плащ, на его лице суровая маска, когда сотрудники клуба мечутся вокруг, стремясь выполнить его приказ.

Он ведет меня к уединенной кабинке с видом на танцпол. — Мне нужно кое с чем разобраться. Я быстро.

— Все в порядке, — говорю я ему, проскальзывая в глубь кабинки. — Это не испортит нам вечер. — То, как он стискивает челюсти, заставляет меня думать, что сейчас полетят головы. Буквально.

— Держи всех подальше от нее, — говорит он охраннику и уходит прочь, прямо через танцпол. Он не смотрит ни направо, ни налево, но толпа расступается перед ним, как по волшебству. Как только он скрылся, я откинулась на спинку стула, поигрывая стаканом с «Мерло», который принесла официантка, подавляя растущее дурное предчувствие.

Люциус

— В чем дело? — рявкаю я, как только вхожу в свой кабинет. Большинство моих потомков работают в клубе, и даже если не работают, я требую, чтобы они регулярно отчитывались передо мной лично. У меня есть список вампиров, которые избегают или откладывают эти встречи. Теофила в нем нет, но лучше бы он не разочаровывал меня сегодня. У меня осталось мало времени с Селеной, и я не хочу тратить его впустую.

— Вот это подкинули в пакете без опознавательных знаков на порог клуба за час до открытия. У нас есть видеозапись, но человек пришел пешком в лыжной маске. Мужчина белый, вероятно, человек. Мы все еще выслеживаем его.

— Итак, что было в пакете? Бомба?

— Нет. Это. — Он держит в руках флешку. — Мы уже провели проверку на вирусы, и все чисто. Пусто, за исключением одного видео.

— Включай. — Я скрещиваю руки на груди и поворачиваюсь к пустому телевизору в конце комнаты. Сбоку от моего стола ряд мониторов дает мне обзор всего клуба через систему безопасности. На танцполе кружатся как люди, так и вампиры. Невозможно понять, где вампир, где человек, если ты сам не один из них. К полуночи вампиры выберут своих жертв и отведут их в отдельную кабинку, чтобы насладиться выпивкой наедине.

— Сир, — Теофил привлекает мое внимание к главному экрану. Таинственное видео начинается со вспышки знакомых белокурых волос. На экране появляется Селена, одетая в камуфляж и черный спортивный бюстгальтер. Она босиком, без оружия, если не считать деревянного кола в руке. Кто-то за камерой, видимо, направляет ее, потому что она кивает и направляется к мужчине, прикованному к полу. Она хватает его за волосы и оттягивает голову назад достаточно далеко, чтобы я увидел его клыки. Он вампир, и у нее есть кол. Одним движением она вонзает оружие глубоко в его сердце. Она отрезает ему голову и показывает в камеру. Кадр кончается и начинается другой. Та же обстановка. На этот раз вампир — женщина.

— Ваше величество, — окликает кто-то. Теофил отмахивается от них и закрывает дверь моего кабинета, заглушая звуки клуба, где люди весело проводят время. На мониторах службы безопасности видно радостную толпу людей с блестящими глазами, смеющихся, разговаривающих, танцующих на безмолвном ритме. Я хочу уничтожить этот офис, сжечь клуб дотла вместе со всеми. Пытать Теофила за то, что он стал посланником, за то, что стал свидетелем моего унижения.

Вместо этого я стою неподвижно и молча, наблюдая, как мой милый питомец закалывает вампиров. Одного за другим, снова и снова, и снова.