— Это Майя. — Кивнул на нее Микаэль. — Она вёльва из Гримдаля. Местный Совет и главенствующий род открыли на нее охоту, им нужны ее силы. А это ее отец — Хассе, темный ведьмак поднял его из могилы стригоем. Я пришел просить для них помощи. Реннвинд — единственное место, где белая ведьма сможет найти защиту, и здесь живет единственный человек, что может обратить стригоя в человека.

— Кхы-ых! — Потянулся к ноге Ульрика Хассе.

— С чего ты взял, что мы станем тебе помогать? — Недоверчиво покосился на него парень.

— Я предлагаю в обмен свою жизнь.

Майя охнула, услышав это. Она потянула его за футболку, попыталась заглянуть ему в лицо.

— Я прошу помощи для них двоих, больше мне ничего не нужно. Девушка мне дорога, и она должна выжить. Ее отец — гениальный ученый, его помощь вам пригодится. Это все. Для себя я ничего не прошу и даже больше — готов умереть за них хоть прямо сейчас.

— Ты что такое говоришь? — Пропищала Майя, повиснув у него на локте. — Посмотри на меня, Микке, зачем ты поступаешь так? Почему ты мне не сказал, что они тебя убьют, если ты придешь⁈

— Майя, помолчи.

— Не стану я молчать!

— Так будет правильно.

Их отвлек треск ветвей. Одним ловким движением медведь обратился в могучего молодого мужчину с длинными светлыми волосами и голубыми глазами. Его тело и часть лица покрывали шрамы. Майя и рада была бы не разглядывать их, но он, черт подери, тоже был без одежды после обращения.

— Бьорн. — Вынужден был выразить ему почтение вампир.

Он буквально наступал себе на горло, склоняя голову.

Дхампири ничего ему не ответил. Подойдя ближе, он уставился на девушку и долго смотрел ей в глаза. Затем перевел взгляд на Микке.

— Я наслышан о порядках в Гримдале и помогу ей. — Тягучим низким голосом сказал он. — И ее отцу тоже. Но есть одно условие: ты здесь не задержишься, и Нея не узнает о твоем визите.

— Я согласен. — Выдохнул Микаэль.

По крайней мере, жизнь он сохранит.

Бьорн обвел внимательным взглядом Майю и остановился на ее туфельках:

— Ты поедешь на волке. — Затем посмотрел на Микке. — А ты потащишь это. — Он сочувственно глянул на лежащего ничком Хассе. — И постарайся сделать так, чтобы оно ни в кого не вцепилось.

— Он вновь обращенный, и еще не испил крови, так что сил в нем мало.

— Я сказал — постарайся. — Холодно повторил Бьорн.

И его оборот в медведя произошел также молниеносно, как и в человека до этого. Микке поддержал Майю под локоть, заметив, как она пошатнулась.

— Все будет хорошо. — Шепнул он ей. — Ты можешь не садиться на него, — он кивнул на Ульрика, — я сам тебя понесу.

— Нет, так ты быстрее ослабнешь. — Ответила она, косясь на голого парня.

За всю свою жизнь Майя ни разу не видела голого парня, а тут сразу двое!

Усмехнувшись, Ульрик опустился на четвереньки, и тут же его тело трансформировалось, обрастая шерстью. Майя осторожно приблизилась. Он выглядел вполне добродушно — как пёс, только огромный. Микке помог ей взобраться ему на спину и сказал:

— Держись крепче.

Только она ухватилась за шерсть, как волк стремительно понесся в чащу. Проводив их взглядом, Микаэль поднял стригоя:

— Вставай, док. Пора.

— Кых! — Скривился тот.

— Живым ты мне больше нравился. — Поморщился вампир.

* * *

— Что теперь будет? — Спросила Майя, когда они остановились на склоне у дороги.

Усадьба Хельвинов виднелась метрах в двух ста отсюда. Волк и медведь переодевались возле внедорожника, в котором оставили свою одежду.

— Теперь все будет хорошо. — Удерживая одной рукой Хассе за веревки, другой Микке притянул девушку к своей груди. — Мы вернем твоему отцу человеческий облик и разум, а там будет видно.

— Ты был не до конца честен со мной. — Напомнила Майя, взглянув в его темные глаза. — Ты не говорил, что они могут убить тебя.

— Но ведь не убили же! — С деланным равнодушием улыбнулся Микке.

— Ты сдался заклятому врагу ради меня.

— Я считаю тебя достойным поводом. — Заверил он ее.

Майя покачала головой и уткнулась носом в его грудь. Зарывшись носом в ее волосы, вампир ощутил голод, и это ему совсем не понравилось. Чувствовать жажду крови, нежность и вожделение одновременно было не совсем здоровой темой, и не вселяло в него надежд на добрый исход.

— Едем. — Скомандовал Бьорн. Блондин уже был в рубашке и брюках. Теплую жилетку он протянул Майе. — Ты замерзла.

— Ей достаточно моего плаща. — Насупившись, произнес Микке.

В небе громыхнуло.

— Может, мы у девушки спросим? — Ухмыльнулся Хельвин.

— Нет, достаточно, правда. Спасибо. — Пробормотала она.

— Куда грузим этого? — Спросил Ульрик, указав на Хассе.