Дорого стоить… дорого стоить. Дорого стоить… – эхо разрывает мою голову, я с диким ужасом понимаю, что побег был очень глупой ошибкой…

Господи, ну почему?! Почему так?! Я рискнула всем, решилась на побег, и угодила в жуткую ловушку.

Мужчина, стоявший в дверном проеме, закрыл дверь на щеколду, и растянулся в улыбке.

– Пожалуйста, выпустите меня. Я ошиблась лавкой… мой муж сейчас придет за мной. Он очень влиятельный человек.

– И как же зовут вашего мужа, прекрасная банат? – усмехнулся один из кочевников, подходя ко мне ближе. Второй, что стоял позади меня, тоже приблизился ко мне… я чувствовала его дыхание позади моего плеча.

– Пожалуйста… он найдет меня. Я ошиблась.

– Кажется, ты просила помощи, bent. Мы не можем отказать тебе в этом.

– Мой муж Адам бин Рашид Аль Саадат! – выкрикнула я, понимая, как это нелепо звучит… и правда, мужчины громко рассмеялись, чуть ли не придерживая свои, выпирающие из под свободной одежды, животы.

– Вы слышали? Она, к тому же, еще и глупа. Идеальная куколка для продажи. Все любят красивых и глупых девочек… – я чуть не задохнулась от отчаянья, когда мысленно перевела эту фразу.

– Разве твое имя…

– Рания! Я – Рания, да! – мужчина, стоявший позади, резко сорвал с меня капюшон. Они втроем издали резко и громкое «ох».

– Платиновые волосы, хм. Кажется, вскоре мы станем богаче самого шейха, – один из бедуинов резко дернул меня за волосы, и я закричала. Другой заткнул мне рот, в ноздри ударил мерзкий запах металла и его пота… отвратительно. До тошноты мерзко.

Голова закружилась, про себя, я вспомнила молитву, вспомнила маму, папу, и вновь почувствовала себя никому ненужной и беззащитной.

Угодившей в капкан мышкой, обреченной на верную гибель.

А потом я вспомнила Джареда, из-за которого я здесь оказалась. Да. Я решилась убежать, но если бы не он, я попивала бы сейчас чай в одном из кафе Нью-Йорка, а не скиталась по Анмарскому рынку. И не наткнулась на бедуинов, которые уже мысленно продали меня за большие деньги, и поделили между собой каждый вырученный анмарский дихарм.

В легких не хватает воздуха, боль и рука бедуина мешали мне нормально дышать.

Сколько еще я испытаю боли? Когда этот кошмар прекратится? Все это невыносимо. Жутко. Страшно.

Я пытаюсь визжать, когда чувствую, как меня хватают за лодыжки и приподнимают над землей. Жгучая волна паники почти отключает мой разум…

Я закрываю глаза, и пытаюсь подумать о чем-то хорошем, прежде чем мою жизнь заберут, продадут и сотрут «Меланию Йонсен» с лица земли.

Но единственное, что я вижу, это Джареда… боль возвращается, наполняет мои вены. Я мысленно крепко обнимаю его и умоляю прийти ко мне на помощь. Или хотя бы отомстить за меня, когда будет уже поздно.

Джаред, я не хотела, чтобы между нами все так вышло. Несмотря на всю мою ненависть к тебе, ты единственный человек, которого я любила. И если бы я знала, что никогда не увижу тебя снова, я бы сказала тебе это.

Я любила тебя. Тогда, когда ты обнимал меня на смотровой площадке… я любила тебя. Пусть это было всего лишь мгновением любви, но оно было куда ярче, чем вся моя жизнь «до».

– Что, значит, сбежала? Khara^[27], а ты где был, кусок кретина? – яростно воплю я в трубку на весь дом, не думая о том, что Рания, возможно, сделает свои выводы. Но сейчас не до Рании и ее подозрений.

– Если хоть один волос с ее головы упадет… – понизив голос, произношу я, усмиряя гнев. – Хоть один волос, Амир. И ты – труп, понял меня? Долго и мучительно.

– Адам, я найду ее, я …

– Заткни пасть. Как ты, вообще, смог допустить подобное? Что она сделала, Амир? Как отвлекла тебя? За яйца держала? Что, б…ь? Говори!

– Нет, нет. Я просто не ожидал. Bent выдернула ключи, выскочила… я не успел среагировать.

– К черту твои оправдания, – рычу я. – Разберусь на месте. Молись Аллаху, чтобы я успел вовремя.

Выбегаю из дома в повседневных светлых брюках и футболке, прыгаю в первый попавшийся автомобиль, который оказывается черным тонированным внедорожником американского происхождения, и вылетаю со стоянки.

Устанавливаю телефон в специальный держатель для навигатора, который, почему-то, отсутствует.

– Мелания Йонсен, – громко и четко говорю я.

– Показать расположение Мелания Йонсен, – отвечает мне «умный» гаджет. Я вижу на дисплее карту города с движущейся точкой. Механический голос озвучивает координаты и точный адрес, сообщая о каждом изменении маршрута объекта. Я знаю, где она. И, черт возьми, я вытрясу из нее душу, когда найду. Идиотка. Безумная, сумасшедшая, идиотка. Какому из Богов я должен быть благодарен, за то, что они послали мне разумную мысль о датчике слежения? По моему приказу его вшили в абайю Мэл. На всякий случай.