К тому моменту, когда тигр широко раскрывает пасть, и издает грозный рык, обнажая свой хищный оскал прямо перед моим лицом, я уже ни жива, ни мертва.

Зверь кладет лапу на край моей абайи, лежащей на полу, тянет на себя. Ткань трещит по швам. Я содрогаюсь всем телом, приготовившись к удару… К смерти, к чему угодно!

Зажмуриваюсь, сжимая зубы, вспоминая любимые и родные лица. Вся жизнь проходит перед глазами… за мгновение, за секунду.

А потом слышу, как что-то тяжело опускается на пол рядом со мной. Открываю глаза. Тигр снисходительно смотрит на меня, сложив огромные лапы и вздернув подбородок. Он хорошо устроился на краю моей порванной абайи.

Я устала считать секунды до своей гибели. Но тигр, кажется, не собирался меня трогать. По крайней мере, пока. Он положил голову на лапы, и закрыл глаза, напоминая мне огромного, опасного кота, который устроился у моих ног.

Удивительно… я начала дышать полной грудью. Ужасно хотелось пить, и я не смела пошевелиться, побеспокоить притихшее животное. Черно-белые полоски, ровные, идеальные… завороженно считаю их, пытаясь успокоиться.

Прошло еще несколько бесконечных минут, и я решила начать движение в сторону фонтанчика, тут же разбудив зверя. На четвереньках поползла к фонтану, с ужасом понимая, что рано потеряла бдительность – тигр направился за мной.

Добравшись до источника, я умылась, пытаясь с помощью воды избавиться от страха. Я не смогу справиться с опасным для моей жизни чувством, если не поборю его. Не прикоснусь к нему.

Я же видела фотографии друзей из Тайланда. Они даже фотографировались, сидя рядышком с этими дикими животными. Ну правда, разве вам никогда не хотелось погладить огромного зверя, который вот-вот разорвет вас на кусочки?

Мне – да. Или я просто безумная. Джаред давно подсадил меня на адреналин, на чувство, которое обрушивается на сердце, когда побеждаешь страх.

Он прожигает мою кровь, словно яд, вдыхает в меня жизнь, когда, глядя прямо Тигре (так я его окрестила) в глаза, я прикасаюсь к его мягкому и пушистому боку. Зверь издает тихий утробный рык – но я не понимаю, злость это или разрешение… погладить его? Сердце пускается вскачь, и я провожу ладонью по гладкой и пушистой шерсти… с ума сойти. Я глажу белого тигра, с которым заперта в одной клетке.

К такому меня жизнь не готовила…

Сэм мне не поверит, когда расскажу ей. От этой мысли, и о того, как я рассказываю этот эпизод Сэм, я даже начинаю нервно хихикать, провоцируя Тигра на новое недовольное рычание. Наверное, он думает, что я смеюсь над ним.

– Какой ты хороший, малыш, – шепчу я, в надежде, что моя ласка подействует на зверя, и он не передумает, и не сожрет меня. На самом деле, тигр выглядит сытым и довольным. А то, что он ни на шаг от меня не отходит, больше похоже на интерес… и симпатию.

– Ты же не тронешь меня? – нежно провожу рукой я, теперь уже задыхаясь от умиления. И, в то же время, понимая, что опасность никуда не исчезла, и с диким животным шутки плохи. – Красивый, – хвалю я, заглядывая в огромные глаза.

Я засыпаю, чувствуя над головой горячее дыхание зверя. Меня бросает в жар, когда я чувствую, как его огромные лапы снова касаются полов моей абайи.

– Спасибо, что меня не съел, – чувствую себя довольно глупо. Но я всегда беззаветно любила животных, и для меня это незабываемое приключение – оказаться в одной клетке с тигром. Еще лучше будет, если я все-таки выберусь отсюда живой.

За день я сплю несколько раз, обессиленная безумием происходящего. Защитная реакция организма на стресс. И каждый раз, просыпаясь, убеждаюсь в том, что Тигра не собирается меня трогать. Он ведет себя вполне дружелюбно, а я наблюдаю за ним украдкой и любуюсь красивым животным. Никогда не видела белых тигров. Сказочная, необычная красота… его шерсть напоминает мне цвет моих волос.

В одной клетке с тигром находиться было куда приятней, чем в компании Али Саадата. Но не долго продлилось мое «счастье».

Будущий эмир Анмара явился, чтобы забрать «долг».

Я с вызовом посмотрела на мужчину, которому, с превеликой радостью, еще раз отбила бы яйца, когда он появился перед клеткой. В национальной одежде, он был мне еще больше неприятен. Слишком яркие воспоминания из детства – мне запомнилось, как выглядел народ, который, отчасти, был причастен к исчезновению моего отца. Меня коробило в Али все: от густой бороды, до темного цвета кожи, и запаха его парфюма.

– Здравствуй, sharmutah sugaiarah. Я надеюсь, ты одумалась? Хотя я удивлен, что ты еще жива, – Али пренебрежительно скривил губы, глядя на зверя. Я почувствовала, как Тигра занервничал, по звукам его тяжелого дыхания, напряженным мышцам. Выпустил острые когти. С ним нельзя так…

– Ты готова отправиться в комнату получше и выполнять свою работу, sharmutah?