— Знаешь, я тоже так рассуждала. Была наивной и глупой. Пока не стала матерью. Мужчина — это опора, поддержка, защита. Особенно, достойный и сильный. Плохо, когда его нет рядом. Если бы не Амиран…, — понимаю, что в Дайан говорит боль и обида на того ублюдка, что бросил и оставил её одну, но ко мне эта ситуация не имеет никакого отношения.

— Нет ничего важнее, чем найти опору внутри себя, — гордо заявляю я. И быть с тем, кого любишь ты, а не быть жертвой устаревшихАнмарских традиций и нелепого сводничества.

— Как знаешь, может и так.

— Опору можно найти в любимом мужчине. Не в любом, понимаешь?

— И поэтому ты не прочь трахнуться с не любимым? — колко парирует Леманн.

— Я не собираюсь отвечать на этот вопрос, — на этом я ставлю жирную точку в нашей беседе.

Дайан обдает меня ледяным ветром презрения, и я мысленно отвечаю на ее посыл взаимностью. Следующие сутки, проведенные в резиденции Амирана, я стараюсь избегать хамства и общества этой грубой и вездесущей женщины.

***

Амиран возвращается в свою официальную резиденцию к обеду следующего дня. Если честно, я намеревалась провести этот день в постели и не выходить из своей комнаты. Возможно, даже притвориться простывшей — лишь бы все оставили меня в покое. К сожалению, моему меланхоличному прогнозу не суждено было сбыться.

Ран застает меня в тот момент, когда я расчесываю волосы в своей спальне.

Ран застает меня в тот момент, когда я расчесываю волосы в своей спальне. Вздрагиваю, когда мое личное пространство нарушают без стука и предупреждения. Возвожу взгляд к потолку, в отражении замечая эмира, облаченного в национальную одежду: стоит заметить, что даже белая кандура не скрывает достоинств его высокой фигуры и крепких мышц.

Напрягаюсь, чувствуя себя неуютно в тонкой сорочке. Слишком опасно показываться Амирану в таком виде. Подтверждением моей мысли служит его многозначительный взгляд, ласкающий мое тело, и хищная полуулыбка.

Амиран стремительно приближается ко мне и встает за плечом.

— Мне готовиться к третьему свиданию? — обреченно спрашиваю я.

— Да, Алисия. Но сначала я хочу кое-что тебе подарить. Вчера у меня была встреча. Я увидел эту вещь, и подумал о том, что она бы красиво смотрелась в твоих волосах, — с этими словами, Амиран проводит пальцами по моим прядям, зачарованно разглядывая их. Мне становится жутко, сердце сжимается от дурного предчувствия. Каждое его прикосновение буквально кричит мне: «Я никогда. Тебя. Не отпущу. Не в этой жизни».

— Амиран, — нервно сглатываю я, еще больше ощущая себя шлюхой. Подарок после близости, воспринимается мной как оплата за секс, не иначе. — Не стоило…

— Помолчи, — затыкает меня, одним словом. — Ты увидишь гребень, только когда я сниму его с тебя этой ночью, — предвидит мужчина, аккуратно собирая две пряди моих волос с обеих сторон. Закалывает их сзади тугим и крепким украшением, перекидывая распущенные локоны на одно плечо. — Когда я увидел его, то подумал о тебе, Лиса. О том, как приятно было в твоей тесной малышке. Как ты кричала мое имя и постанывала подо мной, — обволакивающим шепотом напоминает Ран, смахивая бретельку сорочки с моего плеча. Сжимаю челюсти и кулаки, напрягаясь всем телом. — А ты будешь вспоминать обо мне по утрам, если меня нет рядом, когда увидишь его на туалетном столике. Только будь аккуратна, снимая гребень, он очень острый.

— Спасибо, Амиран, — звучит скупо. В горле пересыхает, наши взгляды встречаются в отражении.

— Я снова хочу тебя, — прикрывая веки, он прижимается ко мне всем своим телом, обдавая пламенным жаром и ароматом своего парфюма и тела. Я снова чувствую его мощную эрекцию, упирающуюся в мои ягодицы. Низ живота тяжелеет, наполняясь знакомым чувством.

Я не виновата. Это все его колдовство.

— Но нам нужно идти. Прямо сейчас. Надень официальный наряд и абайю. И еще вот это, — он кладет на кровать квадратный бархатистый фуляр с эмблемой ювелирной корпорации, принадлежащей моему отцу. Еще один подарок?

— Куда? — ничего не понимаю, несказанно обрадовавшись тому, что приставания шейха откладываются на неопределенный срок.

— Тебе не сказали? Мы приглашены на помолвку твоей сестры, — вспоминаю несколько пропущенных звонков от матери. Я как раз хотела перезвонить ей. — Камила и твоя семья соскучились по тебе. У тебя полчаса, Алисия. Я жду тебя внизу, — очертив губами линии на моей шее,  Амиран отдаляется и покидает мою комнату, оставляя меня в зыбкой, удушливой тишине.

В гробовой.

И под землю скоро уйдет не человек, а мое будущее с Нейтом. Все наше время…

Я не могу поверить, не хочу принимать. Мои родители с ума сошли? Почему так быстро? Как это возможно? Словно обо всем узнали, и решили наказать нас с Нейтаном за совершенный когда-то грех. Не грех это был вовсе, а то, ради чего вообще стоит жить и дышать. Едва стою на ногах, положив руку на сердце.

Я так скучаю по нему, сил уже не хватает.