— На основании подписанного обязательства о неразглашении, — отвечаю нейтральным тоном. — Тебя я такой документ подписывать не просил. Еще вопросы есть?

— Нет, Ран, я просто в восторге от выпавшей мне чести и доверия, — фыркает Алиса.

— Прекрати, tatlim. Нервничаешь на пустом месте, — миротворческим тоном призываю тигрицу к перемирию, но она, как обычно, не поддается.

— Ещё раз увижу, как какая-то сучка хватает тебя за руки, предлагая себя, не поздоровится обоим, — в ход идут угрозы и предупреждения. —А ты ещё и наказан будешь.

— Каким образом? — снисходительно любопытствую я.

— Узнаёшь, — зловеще обещает Алиса, кивая в сторону ванной комнаты. — Иди, смой с себя её вонь.

Смой, так смой. Есть ситуации, когда лучше побыстрее уйти от конфликта, нежели обострять его лишними репликами. Сотрясать воздух впустую мне не свойственно. Минимум слов, больше дела.

Приняв душ, обнаруживаю Алисию в кровати. Она лежит по центру, натянув одеяло на грудь. Изучающий взгляд медленно движется по моему телу, задерживаясь на полотенце, обернутом вокруг бедер. Сделав пару шагов к постели, я избавляюсь от лишнего элемента и ныряю на шелковые простыни.

— Я готов к наказанию, сладкая, — придвинувшись к жене, поднимаю край одеяла и скидываю его в ноги. Обнимаю за талию, припечатывая к себе. Алиса запрокидывает голову, глядя мне в глаза. Не пытается оттолкнуть, хотя я, грешным делом, решил, что воспитывать меня будут воздержанием. Не угадал. Лиса ласково касается кончиком языка моего только что побритого подбородка, облизывает вдоль скулы, шумно втягивает воздух.

— Так лучше, — мурлычет она. — Вкуснее.

Моя прекрасная. Обхватываю её губы своими и проталкиваю язык в сладкую полость. Опустив ладони на упругую задницу, сминаю с такой жадностью, словно секса у нас не было, как минимум неделю.

— Голенькая, приготовилась, моя тигрица, — удовлетворенно замечаю резко севшим голосом.

Возбуждение от жаркого поцелуя, созерцания и тактильного контакта с сексуальной провокаторшей, мгновенно вскипает в венах, охватывая мышцы напряжением и набухая в паху внушительной тяжестью.  Алиса обнимает мои бедра длинной стройной ножкой, максимально раздвигая свои. Вздувшая эрекция упирается в раскрытую промежность, медленно движется вдоль нежных складочек.

— Хорошая моя, — хриплым шепотом бормочу в горячие губы, прихватываю нижнюю, слегка зажимая зубами. — Влажная такая… дикая распутница, — глажу её налившуюся грудь, очерчивая ореолы торчащих сосков. Алиса издает призывные сводящие с ума гортанные звуки, прогибается, трется, как голодная кошка о мой твердый ствол. — Наказание мое… или награда, — низко смеюсь, толкаясь скользкой от её смазки головкой в бархатистый вход.

— Наказание, — с придыханием отзывается Лиса, резко отпрянув и не позволяя мне войти. — Придется потерпеть, любимый.

— Что за игры, tatlim, — предостерегающе рычу я, рывком притягивая её бедра обратно. Она упирается в мои плечи, в широких возбужденных зрачках сверкают насмешливые искры.

— Сегодня мое удовольствие на первом месте, — заявляет Алиса, дотрагиваясь пальчиком до моих губ, лениво обводя их контур. — Как минимум, дважды, а потом… может быть, я позволю… — она откровенно издевается. — Сначала хочу твой язык, — шепчет прямо в губы.

— Вылизать тебя, сладкая? — опустив руку между нашими телами, нахожу набухший клитор, натираю его по кругу шероховатой подушечкой.

— Да…

— А потом оттрахать? — проникаю сразу двумя пальцами в мокрую пещерку, улавливая волны дрожи, расходящиеся по изогнувшемуся телу Алисы.

— Да… — и снова согласие. Она стонет, разводя ноги шире, насаживаясь глубже. Такая откровенная в своих желаниях, невозможно отказать и сопротивляться, немыслимо оторваться от нее. Яйца болезненно скручивает от потребности взять свою женщину и иметь без остановки до самого утра, но и её просьба мне кажется не менее возбуждающей.

— Жестко или нежно, tatlim? Как ты хочешь? — согнув фаланги, резко ударяю по верхней стенке лона, попадая прямо по выпуклой пульсирующей спрятанной точке. Мышцы лона сокращаются, выдавая потоки влаги. Она шипит, приподнимая бедра, требуя больше.

— Долго, — хнычет распалённая малышка.

— Договорились, — хриплю я, и, не прекращая ритмично трахать её пальцами, сползаю вниз, устраиваюсь между раскинутых бедер. Кончик язык медленно скользит по мокрым складкам, раздвигая их, облизывая, перемещаясь к пульсирующему комочку чувствительной плоти, ударяя и обводя по кругу.

— Боже, черт… — не в силах определится, кого призывать на помощь, она кричит, хватая меня за волосы и стремительно кончает, содрогаясь всем телом. Быстрая моя тигрица.

— Еще один и моя очередь, — тяжело дыша, напоминаю о нашем соглашении. — Жестко, нежно и долго, tatlim… Готовься, девочка.

Амиран