— Я так благодарна тебе за этот день, Амиран. Сегодня все было так идеально, — поднимаю взор на слегка сосредоточенное и серьезное лицо Амирана. — Неужели завтра нам так нужно домой?

— Вылет после завтрака, не так рано. Не торопи время, не думай, Алиса. Я тоже давно не чувствовал себя таким счастливым.

— И я. Неужели это мы? — меня пробирает заливистый смех. — Я не сопротивляюсь, не закатываю истерики, принимаю тебя и то, что ты когда-то лишил меня всякого выбора. Ты не приказываешь, не ломаешь, не манипулируешь мной…ты знал, что так будет?

— Абсолютно, — безоговорочно кивает Амиран. — Я все увидел в твоих глазах, когда ты нагло отняла у меня Саваж. Ты моя. Была, есть и будешь. Ничто не способно изменить этого, Алиса. 

Прекрасным завершением дня становится ужин при свечах у бассейна и ясный обзор на звездное небо. Специально для нас — ни облачка, они расступились.

— Попробуем Винсанто, — Амиран наливает мне бокал красного напитка, и я тут же пробую его терпко-сладкий вкус. — Вино из Санторини. Согласно легенде, богиня Гера поила Зевса этим вином, чтобы он становился податливей.

— Надеюсь, ты позволишь мне прихватить с собой пару бутылок. Для особых случаев, когда мне потребуется приручить тебя, — подкалываю Мира я.

— Ты способна на это безо всякого допинга, — искренне бросает Амиран, заставляя мои губы замереть в широкой улыбке.

— Как все прошло в Штатах? — наконец, решаюсь спросить я. Если за подобной романтической поездкой скрывается план: как отвлечь жену от надвигающейся смертельной опасности, то я хочу знать правду.  — Мне есть о чем беспокоиться? — стараясь унять тревогу, покусываю губы.

— Пока только предварительные договоренности. Готовимся к новому этапу переговоров. В общем, могло быть хуже, — бросает в меня общие и не раскрывающие сути фразы, Амиран.

— Это не может не радовать, — слегка напрягаюсь не только из-за его ответа, но и из-за телефонного звонка. Амиран фотографировал меня в платье и оставил телефон на столе. Мое соколиное боковое зрение совершенно точно распознало на экране телефона имя «Вирджиния», до тех пор, как Амиран сбросил вызов и убрал смартфон в карман брюк.

Какого черта она звонит ему в девять вечера. 

— Чего я не могу сказать о наличии Вирджинии в нашей резиденции, — не в силах промолчать на этот хамский звонок от его подружки, добавляю огромную ложку дегтя в этот сахарный и сладкий день.

Аппетит пропадает мгновенно и даже восхитительное вино я показным и стервозным движением отодвигаю в сторону. Уверена, Мир чувствует, как быстро поменялось мое настроение: ему прекрасно известно, что из игривой кошечки я способна превратиться в арктический кусок льда.

— Амиран, меня задевает, что посторонняя женщина живет с нами. На моей территории, — уточняю я, кидая на него цепкий взор. Если бы взглядом можно было бы поцарапать: шея и подбородок Амирана бы уже кровоточили.

— Тебе не о чем беспокоиться, — сухо отрезает он, всем своим видом показывая, что он не собирается поднимать эту тему. Что она не стоит его драгоценного внимания. Подобно хищному льву приподнимает подборок, царски прищурив взор.

— Вас ничего не связывало в прошлом? — задаю прямой вопрос я, наблюдая за его реакцией.

— Нет, она просто друг, — качает головой Амиран. Вижу, что ему приятна моя ревность, и допрос с пристрастием — лишь забавляет мужа.

Но и не задать его я не могла. Слишком хорошо знаю, насколько близки бывают друзья.

— Ты прямо-таки безупречно невинен, Амиран. Тебя послушать — у тебя никогда и ничего не было, — в этот момент, мне невольно вспоминается шлюха, которую он взял практически в моем присутствии и стюардесса Мавия, вылизывающая его взглядом так, словно не раз проделывала это языком в реальности.

— Все мои связи были поверхностны, tatlim. Я никого не подпускал к себе близко. Это все, в чем я могу признаться тебе, — сухо отзывается мой муж, к чьей репутации невозможно прикопаться. Я бы и не стала этого делать, если бы не чертова Джина аль-Мактум.

— А почему подпустил меня? — выстреливаю очередным вопросом.

— Потому что ты об этом не просила, — мгновенным рикошетом отвечает Амиран, бросая на меня предупреждающий взгляд. Я уже отлично знаю его и понимаю, что к позитивному финалу вечера нас этот разговор не приведет.

Огромных усилий мне стоит усмирить свой пыл и остановиться на короткой и миротворческой фразе:

— Я надеюсь, что она покинет нашу территорию, как можно скорее.

— Я сам этого хочу, — согласно кивает Амиран. — Джина не задержится надолго.

— И не будет тебе звонить, — даю понять, что прекрасно знаю, от кого поступил входящий вызов.

— Вы становитесь властной и ревнивой женщиной, госпожа Аль-Мактум, — усмехается Амиран, окидывая меня голодным и покровительственным взором, от которого вся кожа покрывается мелкими бусинками пота.