Даже страшно было представить тот случай, если бы кто-нибудь меня перепутал, например, с Кейси и поволок в вип-комнату.

Молча скомкав предложенное Стеф платье, я принялась рыться в шкафу с нашими нарядами, вызвав тем самым бурное обсуждение своей персоны.

– Ты идиотка? – поинтересовалась Робин, когда я влезала в желтого цвета платье – тугой корсет уменьшил мою талию вдвое и, казалось бы, даже увеличил грудь, слегка приподняв ее. Короткая пышная юбка доходила до середины бедра, к тому же, к платью прилагались перчатки и черное пушистое болеро, в котором будет жутко жарко.

Мне было, честно говоря, плевать на правила. Я с удовольствием пойду против глупых правил Кейда, потому что…

Почему?

Я и сама не знала. Дикое желание насолить ему было превыше всего остального. Не знаю почему, но я хотела видеть, как он бесится, понимая, что он просто не в состоянии держать все и всех под контролем.

Мне нравилось быть бунтаркой, которая делает все не так, как он ожидает.

Но больше всего меня раздражало то, что мысли о Кейде не давали мне никакого покоя.

Через два часа весь зал был заполнен людьми – к моему удивлению, музыка сегодня была поспокойнее, многие из посетителей пришли сюда будто пообщаться.

Все мужчины были одеты в классические брюки и в белые рубашки с бабочками, перевязывающими горло.

Все до единого.

Но каждый из них носил разную маску – все они занимали половину лица – до губ – и имели разные цвет и форму.

Все девушки точно так же, как и танцовщицы из гримерной, были облачены в серебристые платья, которые напоминали мне змеиную чешую. Их лица так же украшали маски в стиле венецианского карнавала.

До моего выхода на сцену еще оставалось время, поэтому я вышла в зал проверить обстановку. Я стояла на балконе, а здесь, пока, было мало народу – лишь пара парней с одинаковыми татуировками на шеях и шатер, на котором было написано «Узнай свою судьбу».

Я усмехнулась, на что тут же услышала:

– Заходи, деточка. Будешь у меня первой сегодня. Я все тебе расскажу… – Ко мне обратилась женщина, которая сидела внутри шатра. Выглядела она как обычная шарлатанка – куча колец на пальцах, браслеты, болтающиеся на руке. Многослойные шелка фиолетового цвета прикрывают полноватое тело. Сама же женщина была афроамериканка и лицом мне напоминала актрису из фильма «Привидение» с Патриком Суэйзи (Вупи Голдберг).

– Спасибо, но я знаю свою судьбу, – я улыбнулась этой бедняге, вынужденной врать людям по несколько раз на дню.

– Да, неужели? – она вдруг перемешала в своих руках большие квадратные карты, сделанные из твердого пергамента, и разложила их в строгом порядке, хитро мне улыбаясь.

Вдруг она перевернула одну из карт и тут же изменилась в лице, произнеся лишь одно слово:

– Смерть.

Я похолодела, стараясь унять возникшую в висках пульсацию.

Что она имеет в виду?

Я обернулась на гадалку, поджав губы.

– Я не верю в предсказания.

– Это не предсказание. Это твое прошлое. Ты видела смерть… – Она, вдруг, беззвучно зашевелила губами, помахивая ладонью над роковой картой. – Три раза.

Мне вдруг стало не по себе, и я опустилась на диван, расположенный внутри шатра, обхватив одну из расшитых бисером подушек.

– Но одна из них отступила… – продолжила мадам Резенсанс (прочитала на табличке, стоявшей на столе) с загадочным придыханием. – А потом ты встретилась с ней лицом к лицу. Странно… Карты так говорят, но не вижу, чтобы ты была на волоске от гибели.

Затем женщина перевернула еще несколько карт, расположенных в разных местах пасьянса.

– Пока не была, – тише добавила она, и я заметила, что ее пальцы задрожали.

Никогда не верила во всю эту чепуху, но женщина выглядела такой правдоподобной, что мне мгновенно поплохело.

Какого черта я вообще встала здесь? Нужно было уйти сразу. Я хотела встать, пока шарлатанка не заразила меня приступом паранойи, но мадам Резессанс тут же остановила меня механическим, как будто не своим, голосом.

– Карта дьявола. С картой влюбленных. И Императрицы. Идут большие перемены, дорогуша… Ох и не сладко тебе придется, – голос гадалки был наполнен вселенским сочувствием. Как будто она четко испытывала на себе весь спектр эмоций, которые мне предстояло ощутить. – Боли будет много у тебя. Не физической – ее ты не боишься, все стерпишь. Обнимет тебя Дьявол своими черными крыльями… Боль… Ее так много, что трудно дышать… – Голос женщины сорвался, и она схватилась за свою шею, словно ей было плохо.

Меня саму уже начало потряхивать, но остановиться слушать ее я уже не могла.

Последней каплей стало то, что мадам Резессанс в очередной раз перевернула карту и произнесла:

– Фортуна перевернутая. Означает только то, что заслужила ты эти муки, дорогая. Кровь и боль вижу… И…

– Хватит! – Я хлопнула кулаком по столу, не в силах выносить этого. Голова закружилась, как только женщина произнесла последние слова.

– Спасибо, но мне нужно идти работать.

– Дослушай и будь готова…